По слову Блистательного Дома

Ах, да! Изящность ситуации заключается в том, что лицо кавказской национальности по имени Борик носит фамилию Морозов и он русский.

Так вот. Гость с удовольствием выцедил выданную емкость, после чего с грустью убедился, что она пуста.

– Сколь вкусен и приятен поднесенный вами напиток, друзья мои.

Восхищенные талантом, релаксанты повторили процедуру наполнения, пояснив по ходу, что пришедший должен выпить три бокала. Первый – как опоздавший, второй – поддерживая все сказанные до этого тосты, а третьим он уже сам мог провозгласить тост.

Разъяснения привели блондина в восторг.

– Мы совершенно точно попали на место, – заголосил он в лицо своему спутнику, который наконец, задыхаясь, выбрался на берег. – Наш побратим говорил мне и об этой традиции.

Пока присутствующие ломали голову, кто же этот самый побратим, гость быстро выполнил предписанное традициями, то есть влил в себя еще поллитра. Отмщенный Борик не решился поить его такими дозами, вполне обоснованно опасаясь за его здоровье.

Затем гость, как степной пожар, напал на шашлык. После того как он насытился, а кто-то из младших был командирован за новыми порциями, блондину был задан интересующий всех вопрос. Кто же его побратим?

– Великий воин и достойный побратим, яр Ильхан, – получили они обстоятельный ответ.

Поскольку единственный Ильхан в городе – это я, Маугли сообщил, что такого знает, более того, он его родственник, а поскольку побратим его родственника – это его побратим, то начали они событие сие праздновать.

И праздновали. Под конец повествования Маугли стал похрапывать.

– Брат мой, – потряс я его за колено. – А дальше что?

– А? – вскинулся он. – У тебя шампанское есть? А то оно ему тоже понравилось. А у нас всего ящик был. – Он зевнул. – Пойду посплю я, – встал и направился к дивану.

– А гость твой где?

– Там, – неопределенно махнул он рукой.

– Где там?

– На капоте пьют, – удовлетворил мой интерес родственник и захрапел.

Теперь будить его было бесполезно.

Это у нас семейное. Когда мы спим в горизонтальном положении, разбудить нас невозможно.

– Не ваш? – строго спросил я у синих, которые в процессе рассказа весело переглядывались.

Оба радостно кивнули.

– Пойдем, посмотрим, – повелительно бросил я и удивился. Нет у меня привычки так безапелляционно общаться с незнакомыми людьми. Но синие послушно встали.

У ворот стоял «шестисотый», багажник которого был украшен мясом, зеленью, сыром и строем бутылок.