По слову Блистательного Дома

– Синок, – провозгласил он своим слегка дребезжащим голосом, – теперь ты настоящий мужчина. Я так горжусь тобой. Твои старшие будут довольны. Эй, што они делают? – вдруг закрутил он головой. А заслуженно убиенные, быстренько завоняв аир неблаговонными испарениями, рассосались, оставив лежать на земле амуницию и неплохую коллекцию холодного оружия.

Андрюха с Андрием все пытались запоздало уволочь меня в дом.

– Эй, помощь не нужна? – раздалось сбоку.

Мой сосед вдумчиво рассматривал разбросанные вещи, поводя по сторонам стволом пулемета.

– Нет, Габо, спасибо. Нормально все.

– Если что, таможня поможет.

– Мы в дом сейчас уйдем. Милиция приедет, скажи – у нас не стреляли.

– Кто приедет? Суббота сегодня. По всему городу стреляют. Свадьбы. Ты своим женщинам скажи, чтобы вот это подмели, – указал он пламегасителем на россыпь автоматных гильз.

– Хорошо, старший, скажу.

– Че, проблемы, Хан?

С другой стороны подходил Серега, кузнец с ОЗАТЭ. Насмотревшийся голливудских боевиков, он нес шикарную помповуху на сгибе левой руки.

– Нормально все, Серый.

– Уау! Какое железо. – Вдруг забыв про нас, он наклонился и поднял один из мечей. – Кто делал?

Я растерянно оглянулся. Сократ решительно взял инициативу в свои руки. Первым делом он изъял меч из рук Сереги.

– Зачем взял? Твоя что ли? – повоспитывал он его.

– Да я посмотреть только, дядя Сократ, – заизвинялся двухметровый кузнец.

– Потом смотреть будешь. Иди, собирай.

– Шаукуз!1 Казах!2 – негромко позвал Габо и рядом с ним материализовались два его младших сына семи и девяти лет. Тех, что постарше, он, видать, в оборону посадил.

Габо, мужчина далеко не бедный, и к попыткам экспроприации имущества относится без понимания. И к нападениям на соседей тоже.

– Идите, помогите старшему.

– Кому? Сереге что ли?

Левая рука отпустила цевье и стремительно влепила два подзатыльника.

– Какой он вам Серега? Сергей его зовут.

Я смущенно потупил глазки. Это у меня все Сереги, Андрюхи, Семы, а суровая осетинская традиция предполагает озвучание полной формы имени, без всяких уменьшительно-ласкательностей. Особенно при обращении младшего к старшему.

– О, Сократ! О, Габо! О, Ильхан! – Мы дружно повернулись к дому на другой стороне улицы.

– Что, дедушка Семен? – заорал я.