Мультивселенная ошибочных миров. Часть 1

Перед Юташи предстали длинноволосые мужчины в черных кожаных одеяниях и женщины с прическами самых разнообразных форм. Одеяния див было идентичным мужским костюмам, только на них было больше сверкающих заклепок и цепей.

Когда голограммы, наконец, четко прорисовались и зашевелились, девушка склонила голову и слегка потрясла волосами. Ее господа сделали то же самое.

– Я рада видеть всех вас, – она явно пыталась сдерживать восторг, глядя на них, – надеюсь, вы довольны моей службой.

Один из митлов поправил на носу круглые черные очки и ехидно улыбнулся, пожав плечами.

– Наше мнение на столь важно, – он говорил скрипучим тонким голосом, от которого, казалось, по стеклянной трубе вот-вот пойдут трещины, – ведь ты делаешь это ради Вселенной, – окинув взглядом звезды за панорамным иллюминатором, мужчина вновь повернулся к Юташи, давая понять, что ему интересно, зачем она вызвала всех их столь внезапно.

Но девушка не успела ответить. Одна из див, поправив длинные дреды, спадающие ей почти до щиколоток, обратилась к ней сама:

– Я так понимаю, – своим звучным голосом она приказывала пасть ниц и взмыть в небеса, отталкивала от себя, но манила, вызывая восторженное смятение в сердцах людей, – ты собрала нас здесь, чтобы обрадовать новостью об окончании обучения юного Зокушикары? В противном случае, тебе нет смысла тревожить нас, Юташи.

– Я понимаю, – скромно ответила она, – и он готов. Конечно, он знает еще недостаточно, однако его дух уже преисполнился верой в вас и в Роков.

Темные личности многозначительно переглянулись, и кожа одеяний заскрипела от каждого их движения. Эти личности являли собой правительство Федерации Кинзоку, и, по вере митлов, были прямыми потомками Роков, а их способности находились за гранью логики и здравого смысла. Как ни в чем не бывало, они телепатически обменивались между собой своими мыслями, ограждаясь тем самым от простых смертных, вроде Юташи.

– Надеюсь, ты понимаешь, – ехидно произнес мужчина в круглых черных очках, – что это твой единственный шанс проявить себя перед нами, – он еще раз окинул слепым взглядом своих соратников в кожаных одеяниях, – ты не можешь оступиться здесь, девочка.