Причинность. На другой берег

Вне навязчивого желания стать Первым. Теперь уже бывший эфор бросает беглый взгляд куда-то в сторону прибрежных скал и убеждается, что его мантия так и валяется на камнях. Там, где он её сбросил. Раасул уваливается на шершавый песок, не желая даже думать о том, что будет дальше и куда приведёт избранная тропа. Жизнь из предсказуемой точки в пространстве превратилась в беспорядочно мечущуюся искру, такую крохотную в сравнении с реальным размахом мира. Познавшую, что стены, обещавшие безопасность, оказались всего лишь ржавыми тюремными решётками.

Мойра молча наблюдает за парочкой на пляже, оставаясь незамеченной и неузнанной. Проследив за взглядом Раасула, она примечает его мантию, бездумно брошенную на берегу. Метресса слегка приподнимает брови, и эфоратские ткани плавно соскальзывают в Маранайю, моментально растворяющую их без остатка. Мойра улыбается уголком рта и обращается к своему молчаливому спутнику, стоящему позади:

– Знаешь второго?

– Не хотелось бы иметь секретов от Владеющей, но у нас с ним адак.

– Каждый раз смешишь меня, юзман, – фыркает Метресса. – Ты не только северянин, но и самое гнилое и беспринципное существо на всех Трёх Континентах. Не говори мне о священных клятвах банжара и всей Та’Марана, что мы соблюдаем из уважения и трепета перед своей спасительницей. Эти качества тебе не достались уже на стадии формирования плода.

– Владеющая, как всегда, права. Я несу свой адак не из-за трепета перед какой-то Первой из Первых на твоей бесполезной Таа, – он сплёвывает, – а потому, что по другую сторону его несёт тот, кто всё ещё должен мне слишком много. Не нарушая договора, могу только намекнуть: эта бухая скотина на пляже настолько непрост, что стоит мне вякнуть хоть слово правды о нём – сразу узнает. И не так страшна смерть для меня, как то, что это разрушит наш адак.

Мойра недовольно морщится и покрывает тканями лицо.

– С тобой свяжутся, юзман. Храни свой адак вместе с мыслью, что ты всего лишь пена там, где я – волна. Привет Або Афо.

Мойра тает в воздухе, оставляя после себя рваные хлопья серого тумана. Северянин смачно сплёвывает прямо в то место, где она только что стояла, вспрыгивает на коня и мчится в сторону границы с Та’Шунья.

Солнечный диск парит уже высоко над горизонтом, играя бликами на Воде.