Пески Кроноса. Перерождение

Арочный проем вел в соседнюю комнату, где предлагалось постельное белье из различных тканей и покрывала. Красиво, даже впечатляюще, с размахом. Вот только непривычная к такому девушка откровенно растерялась, даже не предполагая, что можно выбрать для комнаты, которую она и не видела еще.

К ним вышел благообразный старичок, похоже человек, с поклоном остановился в нескольких шагах от правителя и поклонился ему:

– Рад приветствовать Повелителя Таруса ХешСаае в своей скромной лавке.

– Не прибедняйся, Рамус, твоя лавка не так уж и скромна, как и доходы от нее, – беззлобно пожурил правитель.

А Злата уже ходила по лавке, зачарованная увиденным многообразием. Легкий ветерок, просачивающийся из приоткрытого окна колыхал портьерные ткани, и одна из них привлекла внимание девушки. Нежно голубая от верху, она плавно переходила в светло зеленые тона с серыми камнями и сочной зеленой травкой, и веселым ручейком промеж ними. Когда портьера колыхалась, казалось, что вода живая, течет сквозь камни.

– Мне эти портьеры нравятся, – обернулась она к Тарусу, который устроился на одном из диванов с фужером в руке.

– Хорошо, выбирайте дальше, – кивнул он, сделав глоток янтарного напитка.

Злата подошла к гобеленовым тканям, и начала перебирать их, ища то, что подойдет под портьеры. Выбрались они только через час, когда Злата определилась со всем необходимым, а Тарус пообещал, что скоро подойдет его секретарь, продиктует размеры и оплатит покупки.

Злата молча и терпеливо выполняла все просьбы правителя, постепенно теряя терпение от любопытства, глодавшего ее все более, но она пока не давала ему волю, решив, что отыграется в кондитерской, куда они, спустя еще два часа, наконец направились.

У входа в небольшую кондитерскую, в окнах которой виднелись всего лишь пять столиков, их встретил бледный тип в темно-синем фраке и такого же цвета брюках.

– Рады приветствовать в нашем заведении, Ваше величество.

Тарус ответил легким кивком, и прошел к столику в углу около окна. Опередив услужливого официанта, как про себя его прозвала Злата, Повелитель сам помог ей присесть, после чего занял свое место.