Останься

– Ты работаешь со своим бывшим?

Боже, да это примерно так же тяжело, как видеть своих детей лишь изредка. Я бы не вынес ежедневных встреч с Карой в офисе.

– Вообще-то мы хорошие друзья, – признается Хейли. Ее голубые глаза смягчаются, и я замечаю в них отблеск печали. – Мы дружим с шести лет.

– О, ничего себе. Ты так давно с ним знакома?

Она кивает.

– Мы жили по соседству. Вместе росли, начали встречаться в подростковом возрасте, поженились в колледже. – Пауза. – Развелись в двадцать семь.

– Мне жаль.

 – Мне даже почти неловко, что я пригласил ее остаться на кофе. Я хотел сказать ей спасибо и немного познакомиться, но каким-то образом наша беседа завернула в серьезное, почти личное русло. Поэтому я снова меняю тему: – Тебе двадцать восемь, да? Выглядишь на пятнадцать. – Я морщусь. – Нет, ты этого не слышала. Выглядишь на восемнадцать, на возраст согласия. Иначе мне нельзя и дальше называть тебя Красоткой.

Хейли рассмеялась таким сладким, мелодичным смехом, что мои уши расцвели.

– На самом деле мне двадцать девять. И да, я выгляжу молодо. Это проклятье.

Я хмыкаю.

– Серьезно, – настаивает она. – Меня все еще просят показать паспорт, когда я хожу на фильмы 18+.

– Считай это комплиментом, – советую я. – Ты поймешь, что это дар божий, когда в шестьдесят тебя все будут путать с тридцатилетней.

– И то правда.

Комната впадает в тишину. Руфус мирно храпит между нами. Хейли потягивает остатки своего кофе, и я понимаю, что скоро она неминуемо уйдет. Думаю, она выбежит отсюда на всех парах, как только закончится кофе.

И если я собираюсь позвать ее на свидание, то сейчас – самое время.

Позвать ее на свидание?

Черт, откуда вообще эти мысли? Я хочу позвать ее на свидание?

Еще пару секунд я обдумываю эту мысль. Да, думаю, да. Правда, после развода я не бывал на свиданиях. Наряжаться, ужинать в ресторане, проводить весь вечер с женщиной и при этом не ждать секса? Такого у меня не было уже очень, очень много лет.

К сожалению, я обдумываю это все так долго, что упускаю момент.

Хейли уже поставила чашку на стол и встает с дивана.

– Мне пора, – говорит она, и в ее голосе слышится одновременно нежелание и нетерпение. Кажется, она мечтает остаться и так же сильно мечтает сбежать.

Она выбирает второе и уже движется к выходу.

– Подожди, я провожу тебя, – говорю я.

– Тогда, кажется, ты хочешь, чтобы я и дальше выгуливала Руфуса, поэтому дай мне свой график на неделю, и я внесу себе в календарь.