Ошибка

Возможно, мне стоит обеспокоиться, не повторится ли вновь мое фиаско со штанами, потому что мои яйца сжались так сильно, что сейчас исчезнут.

Я стискиваю ягодицы, чтобы успокоить дикое покалывание в основании позвоночника и сосредоточиться на том, чтобы Грейс было хорошо. Я снова возвращаюсь к разбухшему бугорку, жаждущему моего внимания, нежно провожу по нему языком, целую и посасываю, следя за ее реакцией, чтобы понять, как именно ей нравится. Медленно и нежно. Звуки, которые она издает, становятся все более бессвязными, а бедра двигаются все быстрее, пока я дразню ее.

Но вот только от этого я и сам возбуждаюсь все сильнее, мой член уже до боли вжался в ширинку. К тому времени, когда мы закончим, на нем, будь он не ладен, останутся следы от молнии.

Я ввожу в нее кончик указательного пальца, и мое действие тут же вознаграждается хриплым громким стоном.

– Хорошо? – глядя снизу вверх на нее, мурлычу я.

Ее веки полуопущены.

– М-м-м-м.

Меня пронзает чувство удовлетворения, побуждая продолжать, сделать все, чтобы наслаждение обрушилось на нее.

И я продолжаю. Нежно и дразняще касаюсь ее клитора, в то время как мой палец миллиметр за миллиметром погружается все глубже, пока не оказывается в ней целиком. Она узкая. Очень узкая. И мокрая. Боже. Очень мокрая.

И если она скоро не кончит, мои штаны тоже скоро станут мокрыми, потому что я так близок к тому, чтобы…

– Я кончаю, – стонет она.

И черт, да, она кончает. Ее клитор пульсирует под моим языком, а киска сжимается вокруг моего пальца как стальная перчатка.

Грейс не любительница громких криков. Как и стонов, но эти едва уловимые звуки, что вырываются из ее горла, возбуждают куда больше, чем любые вопли, что издают порнозвезды.

Я переживаю ее оргазм вместе с ней, поглаживая ее внутри и посасывая ее клитор. Но она вдруг замирает. Через несколько секунд Грейс уже смеется и извивается, стараясь освободиться от моей хватки.

– Это слишком, – с трудом произносит она.

Я поднимаю голову, ухмыляясь:

– Прости.

– О боже, сейчас тебе запрещено говорить это слово. Только не после этого… – Она вбирает в себя воздух. – Это было… потрясающе. – Грейс медленно садится, ее глаза затуманены от удовольствия. – Я даже не знаю, что еще сказать. Спасибо?

Я давлюсь от смеха:

– Всегда пожалуйста?

Когда я встаю, ноги словно ватные. У меня по-прежнему жуткий стояк, но будильник на прикроватной тумбочке показывает, что у меня ровно одиннадцать минут, чтобы добраться до библиотеки.