Игра

– Которая встречается с твоим другом.

– Да. Но до того, как она замутила с Фитцем, мы с ней поцеловались на Новый год, это длинная история и не особо интересная. В общем, Фитц сказал, что она ему не нравится, а потом начал встречаться с ней за моей спиной. Я не очень хорошо это принял.

– Я тебя не виню, – возмущенно говорю я. – Друзья так не поступают.

– Вот именно.

– И ты до сих пор живешь с ними?

– Ну да. Фитц – хороший парень. Просто ему не хватало мозгов признаться самому себе в своих чувствах.

Впоследствии я изо всех сил старался забыть Саммер. Постоянно пил, спал со всеми подряд. И в итоге я переспал с девушкой члена команды-соперника. Я этого не знал, – добавляет он в свою защиту. – Мы играли против них в финале, и вот тогда это выяснилось. Парень слетел с катушек и сломал мне запястье.

– О боже.

– Мы проиграли, а та команда прошла в чемпионат и победила. – Черты лица Хантера твердеют от решительности. – Я не позволю этому повториться.

Я хмыкаю.

– Мне кажется, совсем не заниматься сексом – это слишком радикальное решение.

Можно просто не трахаться с девушками, у которых есть парни.

– Дело не только в этом, – признается он. – Я капитан команды в этом году. Я хочу быть хорошим лидером. Я хочу компенсировать то, что случилось в прошлом году. Мне кажется, что вообще будет лучше, если я сконцентрируюсь на игре, а не на телках или вечеринках. – Он сует руку в карман и проверяет телефон. – Так, займемся делом? У меня остался час.

– А что будет через час?

– Я поеду к товарищу по команде домой.

Я оживляюсь.

– К тому красавчику?

– Это я красавчик, Деми. – Он подмигивает. – Ты про Конора? Да, это его дом, так что он, скорее всего, там будет. А разве у тебя нет парня, с которым я познакомился буквально пять секунд назад?

– Это не означает, что твой друг – не красавчик. Он приглянулся моей подруге Пиппе.

– Предупреждаю: он секс-машина, которой был я в прошлом году, поэтому я бы держался подальше.

– Как долго у тебя это продолжается? – не могу не спросить я, потому что любопытство – та еще стерва.

– С тех пор, как я трахал кого-то?

– Нет, с тех пор, как ты взобрался на Эверест.

– С апреля. То есть… сколько это… пять месяцев?

– Бедный монах! Это же вечность! – дразню я.

– Я знаю. – Он ложится на траву, подсунув под голову рюкзак. – Это ужасно, Семя. Я скучаю по сексу.

– У меня был секс этой ночью.

– Жестоко это говорить.

– Но это правда, – протестую я.