Серебряная клятва

Хельмо вздохнул и начал перечислять:

– Въехали в этот город. Пошли на лобное место. Вы очень поддержали меня…

– Ой, да бросьте, – Янгред быстро отбросил волосы за спину. Было похоже, что он в замешательстве. – Мы союзники? Тогда как иначе?

«Как иначе?» Правда, как? И Хельмо, глубоко вздохнув, сказал главное, что в той или иной мере преследовало его уже долго. Не день. Не два. Не с выезда из столицы. Буквально со дня, как дядя написал первое письмо Трем Королям:

– Я вообще сомневался, что это правильно, – он помедлил.

– За друзей, нет? – Янгред улыбнулся. Удивительная все же улыбка, лицо, правда, стало совсем иным, светлее. Так, правда, мог улыбаться принц, не знавший бед.

– Наши земли не друзья, – вздохнул Хельмо. – И мы тоже.

– Недавно вы сказали другое, – не без лукавства напомнил Янгред, потрепав лошадь между ушами. Хельмо смутился. – Да и вообще, бросьте.

Он раскатисто засмеялся над своей шуткой, но Хельмо от этого здравого напоминания стало лишь хуже. Вздохнув, он озвучил еще одну вещь, которую стоило – судя по давнему, пусть непрямому наказу дяди – утаивать как можно дольше. Но он не мог, теперь это казалось почти подлостью. Молчать нельзя. Будь что будет.

– Государь… дядя… не отдал мне ключи от ваших городов. У меня лишь бумаги и часть платы.

Он пристально следил за лицом Янгреда, но оно не дрогнуло. Догадывался? Короли Свергенхайма, по словам дяди, не отличались наивностью и умели выжидать. Интересно, что они приказали? Докладывать о каждой подвижке и препоне? А если препон станет слишком много?

– Понятно, – сказал Янгред. – Но за все нужно платить в свое время. Не слышали эту присказку?

Хельмо вздрогнул от его ободряющего тона. Не ожидал, что все примут столь спокойно.

– Слышал другую.

«Какие времена, такая и расплата».

– В столице вы получите их прямо из рук царя.

– Дяди… – не без усмешки поправил Янгред. Хельмо смутился еще сильнее, но почти тут же нашелся:

– Да-да. Мой дядя отдаст вам ключи. Для ваших братьев.

Они сражались взглядами некоторое время, потом Янгред все так же мирно, даже весело полюбопытствовал:

– Отчего скрыли-то?

– А вы? – Хельмо понимал, что это по-детски, но заупрямился.