Ради тебя дышу

Воспользовавшись секундным замешательством Антии, Бернадетта вцепилась ногтями в её пухлую щеку, грозя оставить дыры на коже. Та жалобно заскулила и выпустила руку Морин. Когда вперед выступила плотная Джезибел, Берни лишь криво ухмыльнулась, сжимая пальцами рукоятку небольшого кинжала. Сделав резкое движение в воздухе, она с удовлетворением отметила, как Джезибел, глядя на неглубокий порез на своей руке, пятилась назад. Из раны показались несколько капель алой крови, а Джезибел уже вопила, будто её убили.

Видя, как библиотечная крыса расправилась с её верными подружками, которые уже спрятались за угол, а оттуда доносилось их жалобное вытьё, Ульрика напрочь забыла о Морин. Размахивая кочергой, она ринулась вперед. Берни перехватила одну её руку, однако свободной Ульрика успела дать ей сильную пощечину. Бернадетта даже почувствовала, как её ногти оставили след на щеке. Ерунда!

Нисколько не смутившись, Берни вырвала у схожей с ней по силе взбесившейся Ульрики кочергу одной рукой, и другой перехватила её густые волосы, потянув голову назад и вниз.

– Не смей больше никогда прикасаться к этим людям, иначе будешь иметь дело со мной. Или тебя будет ждать участь тех несчастных, которых ты покалечила. Это понятно? Не слышу ответа.

– Я поняла. Но кто ты такая? – взвыла Ульрика.

– Тебе лучше не знать.

Ульрика чувствовала, как кочерга обжигает ей кожу и не могла сдвинуться с места. Сделай она одно неверное движение и навсегда останется уродиной. Лишится своей красоты. Какое-то смутное ощущение зашевелилось в её груди, когда она предположила, что эта серая крыса, возможно, уже давно забралась в постель к её Эдану и подло пользовалась его дарами. Иначе с чего бы этой девке перечить ей, леди Ульрике, чувствуя себя совершенно безнаказанно? Но если бы она действительно побывала в объятиях Эдана, то уже при первой встрече с Ульрикой скандала было бы не миновать.

– Ты уже спала с ним? – тонким голосом спросила Ульрика, опасаясь услышать ответ. – Ты уже изведала страсть Эдана?

Берни окинула Ульрику презрительным взглядом и равнодушно отчеканила:

– Я не в его вкусе, леди.

Слова библиотекарши успокоили Ульрику. Она мысленно сравнила её с собой, и поняла – ей не о чем волноваться.