Ради тебя дышу

Если раньше он не замечал её, потому что не знал о её существовании, то теперь… теперь он буквально сверлил её взглядом своих янтарных глаз, каждый раз, когда она находилась рядом. Это и раздражало, и заставляло нервничать, и мешало сосредоточиться.

Пока лорд Харлин читал корреспонденцию от Верховного Лорда из Дэри и из столицы своей страны, Берни уже покончила с рукоделием, спрятала корзину в один из шкафов, и развлекалась тем, что снова пыталась подчинить себе люминукс – этот чудо-шар. Сфера никак не желала следовать за ней, а только вспыхивала и гасла после очередного негромкого свиста.

Девушка едва удостоила вошедшего в библиотеку лорда Харлина взглядом, продолжая заниматься своим делом. Узрев его широкую улыбку, она не сдержалась.

– Лучше бы нагрузили меня самой тяжелой и грязной работой, чем этим… ничего неделанием! – с чувством выпалила она.

– Это, как тебе уже давно была пора понять, решать мне. Позволь, спросить тебя, Черис, что ты делаешь?

– Ерундой страдаю, – огрызнулась она.

Эдан улыбнулся и свистнул. Шар поднялся в воздух, залетел за плечо мужчины и завис, излучая неяркий свет. А после Эдан снова свистнул, и шар занял свое место на столе.

Берни удивленно и восхищенно посмотрела на лорда Харлина. А после пробормотала себе под нос:

– Есть ли что-нибудь, что вам неподвластно?

– Есть, – ответил Эдан. – Ты, например.

– И в чем это проявляется? – спросила она, насторожившись.

– В твоем непослушании. А сфера – она просто изобретение наших ученых. Такие шары есть в каждом фламийском доме. И это редкость, когда он признает кого-то не из нашего племени. Значит, твой отец был волевым человеком.

– Так и было, – глухо сказала она.

– Ты опять не довольна своим нынешним положением. Что не устраивает? – спросил он с издевкой в голосе.

– Тоска! – взорвалась она, мечтая стереть с его губ самодовольную ухмылку.

Эдан явственно читал её желание пнуть его в какое-нибудь болезненное место, и ему нравилось наблюдать постоянную борьбу на личике Черис.

– Не думаю, что ты сильно скучаешь. Ведь верные тебе люди таскают сюда для тебя дополнительное занятие. Верно?

Паника едва не лишила Берни дара речи. Как он узнал?! И не попадет ли кому-либо их них трёпка? И только она открыла было рот, чтобы просить его о прощении, как Эдан обезоруживающе ей улыбнулся:

– Мне нравится, что ты не сидишь без дела.