Ради тебя дышу

– Только ту часть. И она мне очень, – он выдержал многозначительную паузу и продолжил, – очень понравилась.

И говорил он чистую правду. Ему до боли в мышцах захотелось сжать её в своих объятиях и увидеть её глаза. Он солгал, говоря, будто слышал часть их с братом беседы, потому что он слышал всё. И ни к чему ей, да и вообще кому бы то ни было, знать, что от своих дальних предков, фламийцы получили в дар не только клыки, но и отличный слух и острое зрение, которое не раз выручало их даже в ночное время суток.

– Не моя проблема! – бросила она, повернув голову и дерзко вскинув одну бровь.

– Мне будет приятно подумать над тем, как претворить в жизнь предположение твоего брата, – пропустив мимо ушей ее реплику, медовым голосом пообещал он.

– Это исключено! – взорвалась она, понимая, на что он намекал.

С этими словами Эдан склонился к её голове, втянул ноздрями аромат её волос и ощутил огонь, который не сумела бы разжечь даже его любовница, леди Ульрика.

Праведное негодование от его откровенных намеков заставило девушку резко развернуться и прямо взглянуть в лицо Эдана.

– Впредь, лорд Харлин, потрудитесь не нарушать мое личное пространство! – не сказала, а потребовала она, не узнав своего голоса – нехарактерная ему прежде сталь и упорство так и сквозили в нем.

Он нагло улыбнулся ей в ответ, явно не собираясь останавливаться на полпути.

– Претензии по поводу своего личного пространства оставь в том времени, где ваш правитель подрядился помочь Залиману, заранее не удосужившись узнать, с кем дружен Мартанэс. А теперь наша власть…

– Знаю, – презрительно сощурившись, она бесцеремонно перебила его, – безгранична на территории Альдэрии.

– Вот именно, – кивнул Эдан. – И, кстати, да, если я пожелаю, ты действительно станешь…как это, ублажать меня.

– Нет! – горячо воскликнула она и гордо вскинула голову. – Этому не бывать!

– Или на спины твоих бывших и, без сомнения, дорогих тебе подданных начнут беспричинно и жестоко опускаться плети. И, возможно, их руки закуют в кандалы. Ты этого хочешь для них?

Эдан внимательно наблюдал за выражением её лица. И с каждой отчаянной минутой наедине с Черис, понимал – он попадает в плен её волшебной красоты.