Пространство любви

А потом смеющий бархатный голос Ориана заставил сердце девушки гулко забухать в груди:

– Что-то не так?

Она развернулась на одних пятках и прошипела вне себя от гнева:

– Это все ты!

– Да, – просто согласился он. – Тал поведал мне о том, сколько попыток побега у тебя на счету, так что браслет – всего лишь безобидная мера предосторожности. Для тебя в частности.

– Премного благодарна за заботу! – огрызнулась она. – Только я в ней не нуждаюсь. Особенно от тебя.

– Ты знаешь, насколько прекрасна, когда сердишься? – сладко промурлыкал он, с удовольствием наблюдая, как щеки девушки вспыхнули румянцем.

– Оставь меня в покое, – сквозь зубы процедила она.

– Боюсь, это уже невозможно, – картинно вздохнул, коснувшись рукой своей груди в области сердца. Следующие его слова были произнесены приказным повелительным тоном: – Так что, Таня, хватит этого маскарада. Изволь принять свой настоящий облик.

– Иначе – что?

– Иначе, ты из своей маленькой каюты прямиком попадешь в мою постель, – приподняв брови, Ориан одарил ее самой очаровательной улыбкой.

– Наши виды – несовместимы! – с апломбом сказала она и вздернула подбородок, не желая поддаваться искушению и представлять себе, что может произойти, если она снова очутится в его крепких объятиях.

– Хочешь проверить и обнаружить, что все ровно не так, как ты думаешь? – нагло ухмыльнулся он.

– Нет! – вскрикнула она, схватила тележку со своим уборочным инвентарем и толкнула ее вперед, быстро оставляя позади себя варда, на лице коего поселилось задумчивое выражение.

Весь день и вечер она старательно бралась за любую работу, лишь бы только избавиться от назойливых мыслей об Ориане и его прикосновениях. Таня искренне надеялась, что физическая усталость ей поможет. К концу дня она, едва чувствуя свои ноги и спину, дотащилась до каюты и быстро приняла горячий душ. Обернувшись полотенцем, Таня заказала ужин к себе и была приятно удивлена, насколько вкусными и питательными оказались блюда, приготовленные из блока продуктов, подходящих для ее вида.

За весь период работы у хоширимцев, она привыкла есть то, что более-менее подходило ей. На вкус продукты иногда были отвратительными, однако чтобы не умереть с голоду приходилось довольствоваться тем, что было. Да и вообще, за все время, проведенное ею в космосе, она ужасно соскучилась по творогу и сметане, некоторым ягодам, напиткам и другим земным вкусностям.