(не) Мой шанс на счастье

Ира стрельнула взглядом в сторону Елены, в который раз удивилась поведению нового начальника – интересно, почему он не поменял себе секретаря, оставив сотрудницу бывшего руководителя? Многие из коллектива предполагали увидеть в приемной ослепительно красивую и невероятно заносчивую девицу, по совместительству – чего уж греха таить – любовницу. Однако замены не произошло, и секретарем осталась умная, тактичная, опытная и преданная своему делу Елена Алексеевна.

Ирина кивнула ей, толкнула дверь и вошла в кабинет.

Алдаров сидел за столом и что-то вбивал в свой ноутбук. Пальцы быстро мелькали по клавишам, и Ирина засмотрелась. Память, как назло, подсунула ей не самые приличные воспоминания, связанные с этим чуткими сильными и настойчивыми пальцами… Судорожный вдох едва не сорвался с губ, но Ира задушила последовавший за ним стон.

– Тамир Адамович? Вы вызывали меня, – обратила она на себя его внимание.

Он оторвал взгляд от монитора и перевел его на девушку. Поставив локти на стол, Тамир вложил одну сложенную в кулак руку в ладонь другой и упер подбородок в сцепленные руки.

Глаза его сначала медленно осмотрели ее снизу вверх, затем остановились на лице сотрудницы, внимательно рассматривая, изучая, что-то открывая для себя. А Ира сама не своя была – стояла ни жива, ни мертва под пристальным взором немигающих черных глаз, в глубине которых то вспыхивал, то гас красный огонь, а радужка то озарялась золотым солнцем, то снова становилась непроглядной тьмой. Только усилием воли она не сорвалась, чтобы убежать в ту же секунду. Спокойно, приговаривала она, спокойно. Ты здесь по делу и…

– Ваши расчеты, Ирина Вячеславовна, – насмешливо выгнув бровь, начал Тамир, – вы… сами их составляли?

Ира опешила на секунду. Что такое? Чуть сузив глаза, она горделиво вскинула голову. Никто никогда не ставил под сомнение ее профессиональные качества, и никогда у начальства не было к ней претензий по работе. И тем более ни один человек не мог обвинить ее в том, что кто-то посторонний выполняет ее обязанности.

– Да, я составляла их сама, – натянуто улыбнулась она.

Он кивнул с таким видом, будто допускал правдивость ее слов.

– Почему вы заложили именно такой процент рентабельности? Почему не более высокий?

– Потому что с учетом исследованных мною спроса и конъюнктуры рынка это самый оптимальный процент для начальной стадии производства такого типа, как наше, – отрапортовала она, немного не понимая, к чему эти вопросы.