Долг платежом красен

Интересно, а захотел бы он поцеловать ее?..

Лада зло одёрнула себя и мысленно надавала затрещин. Себе – за слабость и трусость, Баграту – за волнение и полную дестабилизацию ее психики. Стало неуютно и захотелось домой. Спрятаться в кокон из пледа и никого не видеть. Анька права – она зажатая до ужаса. Но ничего не могла с собой поделать, особенно когда рядом находился Баграт.

Музыка стихла, и он повел ее к стойке.

– Спасибо, – выдохнула она, глядя в смеющиеся глаза и пряча свои.

– Мне было приятно танцевать с тобой, Лада, – сказал прямо на ухо, слегка захватывая губами мочку, заставляя волну возбуждающих мурашек подняться к самой макушке, ухнуть камнем вниз и обосноваться в низу живота непривычной тянущей тяжестью. – Пока, медовая.

Передернула плечом и повернула голову – Баграта и след простыл. Что ни говори, а с взрослыми мужчинами она общаться не умела. Перекрикивая музыку, она заказала новый бокал коктейля и глухо фыркнула, глядя как мелкая дрожь разбирает ее руки.

В зеркальном отражении на нее взирала бледная девчонка с полудиким затравленным взглядом и дрожащими губами. Только сейчас она поняла, насколько была испугана. Натянутые нервы заставляли кружиться голову от напряжения. Шумело в ушах, и сердце грохотало о ребра, грозя выломать их к чертям.

– Лада! Ты меня поражаешь! – Аня впорхнула в помещение. – Вы так классно с Багратом смотрелись вместе! Он не говорил, какими судьбами здесь? Хотя, о чем это я? Это мы тут – птицы залетные, а клубы, подобные этому, для таких, как Баграт – дом родной.

Она что-то еще восторженно щебетала, но, не услышав от подруги ответов на вопросы, обеспокоенно покосилась на Ладу.

– Господи, Лада! У тебя руки ледяные. Кто тебя напугал?!

– Никто, Аннушка, не волнуйся. Я домой поеду.

Подруга недоверчиво заглянула ей в глаза.

– Я провожу тебя.

– Не нужно, всё в порядке. Наверное, коктейль не пошел, – слабо улыбнулась Лада. – Голова немного болит. Я уже машину вызвала.

– Я с тобой.

– Нет, Ань, серьезно. Я как доберусь, позвоню тебе.