Весеннее обострение

Здесь были посохи, множество клинков, доспехи, седла, целые дома, музыкальные инструменты, веревки, корабли… Идеальные прообразы вещей, созданные вместе с миром. Чаша хранилась в глубине сокровищницы. Без перстня мы никогда не нашли бы ее, потому что Бран укрыл ее за дюжиной пространственных складок. Когда мы увидели Чашу, браслет на моей руке начал нагреваться. Я взглянул на него. Отблески света сложились в образ просыпающегося Брана.

– Он просыпается, – сказал я. – Берите чашу и уходим.

–Возьми, – сказал Кирилл, протягивая мне увесистый меч.

Кирилл взял чашу, и мы, подчиняясь указаниям перстня, стали выбираться. Перстень вел нас другой дорогой, не той, которой мы пришли сюда. За одним из поворотов мы внезапно оказались на лесной поляне. Капли звезд в высоте, туман, капающий с деревьев, подобно дождю, мир и спокойствие… Чаша в руке Мелхиседека сияла, Перстень продолжал указывать путь. Мы проделали не больше сотни шагов и луч, вырывающийся из него, погас.

– Я не могу активировать его, – сказала Люси.

– Что на пергаменте? – спросил Вася.

«Вам необходимо принести человеческую жертву. Жертвуйте того, чье имя Камень. J.C».

–Камень – это Василий! – воскликнул Вася. – И что, я должен здесь умереть с вырванным из груди сердцем?

–Не будем паниковать, – сказал Кирилл. – Никаких человеческих жертв приносить тоже пока не будем. Люси, тебе не кажется, что Бран контролирует перстень?

–Я чувствую, что перстень стал другим, – сказала Люси.

–Сними его, – сказал Нимрод.

Люси отдала ему перстень. Он сиял ярче чаши.

–В нем скопилось слишком много энергии. Бран не выпускает ее из перстня. Думаю, если это продлится, Перстень просто уничтожит нас своими лучами. Люси, прикажи перстню перестать показывать нам дорогу.

Люси закрыла глаза и перстень начал медленно гаснуть.

–Одень его снова, но не активируй больше, – сказал Нимрод. – Нам нужно двигаться на Восток. Это единственно верное направление. За нами уже началась погоня.

Мы пошли, и когда за нашими спинами взошло солнце, были уже недалеко от ступенчатой пропасти: оставалось не больше полутора часов пути.

Глава третья.

Мы просто валились с ног от усталости, чего, впрочем, нельзя было сказать про Нимрода и Кирилла. Они, кажется, совсем не чувствовали последствий бессонной ночи. Экскалибур в ножнах за моей спиной был довольно тяжелой ношей, но ощущая его вес, я вспомнил свое истинное имя. Меня называли Король Артур.