Хвостатым здесь не место!

Тяжело сглотнула набежавшую слюну и с трудом подавила порыв тотчас же броситься к столу и схватить вожделенное мясо трясущимися руками.

– Спасибо, мне нельзя такое.

Но подходить ближе не решилась, слишком уж соблазнительно пахнет. Что если не удержусь? Алечка и так покрылась пятнами от казённой смеси, если ещё и я ей своё молоко из копчёностей предложу, то, боюсь, малышке станет ещё хуже.

– Как нельзя? – Финик от удивления даже выронил косточку на стол.

Я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно более миролюбиво, объясняя о возможных проблемах с животиком у Али.

– И вино тебе тоже нельзя, – усмехнулась Ирен.

Она неторопливо сделала глоток и направилась к выходу, по пути подцепив бутылку.

– Тогда это забираю себе. Андрей Андреевич, Кристина, спокойной вам ночи.

Она, чему-то посмеиваясь, вышла из кухни.

– Кем она у тебя работает? – не удержалась я, когда прошло достаточно времени, чтобы темноволосая красотка не услышала мой вопрос.

– Занимается охраной дома. Тот взрыв… когда мы познакомились… В общем, мне пришлось уволить весь домашний персонал из-за того, что некоторые из них были в этом замешаны.

– Некоторые?

– Все. Шесть человек. Подкупили конкуренты.

Если бы я умела свистеть, то засвистела бы. А так лишь почувствовала, как у меня рот открылся, и единственный вопрос, который хотелось задать, был:

– Так какого чёрта я тут с дочкой делаю, если на вас в любой момент могут снова напасть?!

– Успокойся, та проблема полностью улажена, – торопливо проговорил он, – всё уже хорошо.

Быстро же он тему меняет. Поджала губы, но всё же прошла к холодильнику и достала стеклянную миску с бульоном. В конце концов, моя курица, которая сгорела утром, испортилась из-за хвостатого, так что угрызений совести я не чувствовала.

– Ты же в гостях, давай помогу, – спохватился Финик, подскакивая с места.

– Может быть, чай заваришь? – подсказала я.

Обстановка на кухне была на редкость миролюбивой, даже не скажешь, что этим утром я убегала отсюда с твердым намерением больше никогда не возвращаться и не разговаривать с самодовольным хвостатым индюком.

Индюк же доставал заварочный чайник и коробочку с чаем:

– Есть пуэр, улун, ройбуш, каркаде… ты какой чай пьешь? – спросил он, читая этикетки.

– Обычный, черный с сахаром.

Сейчас мужчина казался почти нормальным.