Записки злой ведьмы. Королева шипов

Страх и отчаяние требовали выхода, и муж был отличной кандидатурой для скандала.

– Да кто я такой, чтобы упрекать любовницу Князя? – в тон ей прошипел Дор.

Кажется, он был в абсолютно таком же настроении поругаться хоть с кем-то.

У Розы невольно вырвался нервный смешок. Ссориться моментально расхотелось.

– Что теперь с нами будет? – она спросила это почти шепотом, но он услышал, пожал плечами и безразлично уставился в окно:

– Вы слишком драматизируете. Можно подумать, вспышки повелителя для вас в новинку.

– Но он прогнал меня… А если он не захочет меня больше видеть?

Василь мрачно усмехнулся:

– Значит, наши дети станут чаще видеть свою мать.

Роза зажмурилась, унимая поднявшееся в душе раздражение. Неужели обязательно вести себя так? Она обиженно замолчала.

Следующие несколько минут они ехали молча, пока Василь наконец не спросил:

– Что случилось с Зорким? Я видел сокола со свернутой шеей. Это был он?

– Он, – лаконично ответила Дора, не желая вдаваться в подробности.

Впрочем, за всю оставшуюся дорогу муж более ничего не спросил.

Оказавшись дома, она сразу же прошла в свои покои и заперла дверь на ключ. Упала на кровать, не снимая выходного платья, зарылась лицом в подушку.

Если бы Зоркий сейчас ожил и появился перед ней, она бы собственноручно свернула шею ему во второй раз. Это из-за его глупой смерти Князь прогнал ее. Проклятый сокол слишком много значил для господина. Сколько пройдет времени, прежде чем он сменит гнев на милость? И как же невыносимо осознавать собственную беспомощность.

Разве она может сделать хоть что-то, чтобы Князь понял, как был неправ?

– Я оказала тебе услугу… – тихий шепот прокатился по комнате.

Роза испуганно вскочила с кровати.

– Кто здесь?

– Я оказала тебе услугу, что же ты не радуешься, дитя мое?

Роза обвела спальню взглядом. Резное зеркало над туалетным столиком в углу комнаты светилось тусклым зеленоватым светом.

– Не бойся меня, дитя. Я не способна навредить тебе. Но я могу помочь. Дать тебе то, чего ты так жаждешь…

Роза не двинулась с места.

Сердце заходилось, словно от быстрого бега, кровь отлила от лица, а ноги моментально стали ватными. Она прекрасно помнила, как погиб Зоркий. Она не собиралась облегчать эфирным тварям задачу. Губы помимо воли зашептали заученную ещё с детства молитву о могуществе четырех. Рука опустилась в карман, но там было пусто. Она сама выбросила камни.

– Неужели нет сладкого чувства внутри? – не унималась тем временем тварь.