Мой муж – дракон

Неужели, пока она была без сознания, его успели так отделать?

– Сударыня Хелвин? – Мужчина, стоявший над Дивуаром, моментально узнал ее, а вот ей самой он был не знаком. Невысокого роста, всего на пару сантиметров выше ее, лысый, да еще и с усами.

– Дорогая моя! – Поприветствовал ее Дивуар, сплевывая кровью на пол. – Выглядишь отвратительно. Моя рубашка шла тебе куда больше.

Маргарита опешила от подобной наглости, не зная, как на нее реагировать. Зато среагировал охранник. Развернулся и с размаху ударил тяжелым ботиком в живот Элигоса.

– Заткни свой поганый рот в присутствии дамы.

Девушка вновь согнулась пополам, чувствуя, что еще чуть-чуть, и она выплюнет внутренности через рот.

Дивуар хохотал безумным смехом, то и дело выплевывая кровь и начиная кашлять. Приставленный к нему охранник стоял спиной к Маргарите, потеряв всякий интерес к девушке.

– Я сотру эту улыбку с твоего лица. – Пригрозил он, примеряясь ударить снова.

Она сделала это быстрее, чем задумалась о последствиях.

То ли бюст императора оказался тяжелее, чем ей казалось, то ли отчаянное нежелание вновь задыхаться от чужых ударов придало ей силы, но охранник рухнул, как подкошенный.

– Ты проломила ему череп. – С легким удивлением прокомментировал Элигос. Он больше не смеялся и выглядел в полнее адекватным.

Маргарита тупо уставилась на кровь на затылке.

– Он жив.

– В таком случае, нам следует поторопиться.

– Нам? – Девушка встала, скрещивая руки на груди. – Нет никаких «нас» милый! Как только придет отец, я все расскажу ему про ритуал, а потом мы с ним вместе придумаем, как снять чары. И после этого – я лично встану в первых рядах, чтобы наблюдать за твоей казнью.

– Как патетично. Только вот, моя дорогая, ты не учла одной маленькой детали.

– Это какой же? – Маргарита чувствовала подвох.

– У меня очень высокий болевой порог. – С этими словами он странно вывернул ногу под неестественным углом, а затем разом перенес на нее свой центр тяжести.

Это было больно. Гораздо больнее, чем ощущались удары охранника. Словно кто-то медленно и со вкусом решил сломать ей ногу. Боль была острой, но при этом усиливалась с каждым мгновением.