Мама поневоле, или Невеста ледяного дракона

Животные вдруг остановились, испуганно замерли, уставившись на нее своими странными глазами-льдинками.

Около ее ноги появился большой пушистый хатш, тот самый Вредина, которого она пыталась звать еще в деревне.

Алекса удивленно перевела взгляд сначала на копошащихся в снегу малышей, затем на того, что сидел у ее ноги.

– Это же просто детеныши! – удивленно воскликнула она и рассмеялась.

Маленькие хатши, должно быть, почувствовали в ней отголоски магии Ледяного и, поскольку он сам не слишком-то желал с ними общаться, потянулись к ней.

– Это все твои, Вредина? – спросила Алекса у взрослого зверя.

Тот поднял на нее недовольный взгляд, явно давая понять, что прозвище ему не нравится, но все же отрицательно мотнул головой.

– И что нам с ними делать?

Хатш почти по-человечески фыркнул и вдруг, обернувшись к детенышам, по-собачьи рыкнул. Малыши моментально подобрались и с негромким хлопком исчезли, разлетевшись пушистыми хлопьями снега.

Вредина тем временем легко запрыгнул на телегу и исчез вместе с ней и всем содержимым.

Несколько секунд спустя хатш вернулся и попытался запрыгнуть уже на корову. Та ужаленно вскинула заднюю ногу, заставив Алексу испуганно отскочить, чтобы не получить копытом в лоб.

Мгновение, и корова также исчезла, обратившись в снег.

Появившийся зверек взглянул на Алексу снизу вверх, но при этом весь вид его выражал самодовольство, а хвост вилял из стороны в сторону.

– Ладно, признаю, ты не вредный, ты полезный, – улыбнулась девушка, присев перед ним на колени и погладив зверька по мягкой шубке. – Просто незаменимый.

Вокруг нее взвился хоровод из снежинок, и она оказалась снова в замке.

Кажется, это была какая-то каменная пристройка. Рядом стояла корова и телега с мешками.

Теперь нужно было придумать, как нагреть помещение и достать где-то достаточное количество сена.

Весь день Алекса возилась с этим.

Небольшую печь в углу помещения, которое теперь можно было гордо именовать хлевом, растопить оказалось не так просто, но зато уже меньше трех часов спустя стало тепло настолько, что она смело выпустила куриц, насыпав им зерна.