Мама поневоле, или Невеста ледяного дракона

Как выяснилось, мой жених… бывший жених не был основной угрозой. А вы обещали спасти моих родных. Даже после смерти Саймона им все еще нужна помощь.

На словах о женихе Ледяного заметно перекосило, но он сдержался и выслушал ее до конца, не перебивая.

– Я не соглашался опекать твоих родственников до конца их жизни. Непосредственной смертельной опасности для них нет. О большем мы не договаривались, – Альдархин отвернулся, показывая, что разговор окончен.

– Но, владетель, прошу вас. Я же… – она запнулась, подбирая подходящий аргумент, – я же с ума сойду от беспокойства! Волнение может плохо сказаться на возможности зачать.

Довод, по собственному убеждению Алексы, был так себе, особенно учитывая, что повелитель Севера может в любой момент избавиться от нее и найти себе новую мать для наследника, но должна же была она сказать хоть что-то.

Алтдархин обернулся, и на мгновение девушке показалось, что он согласится, но в его глазах вдруг вспыхнул нечеловеческий огонь.

В один шаг он преодолел разделяющее их расстояние, схватил Алексу за подбородок, заставляя поднять взгляд, и, нависая над ней, прошипел:

– Пытаешься угрожать мне? – он презрительно усмехнулся, одним движением губ показывая всю ничтожность ее попытки.

 – У замороженной статуи не бывает волнений и тревог. Так что в твоих же интересах оказаться мне полезной.

Алекса настолько опешила от его напора, что не сразу заметила, как ледяные пальцы медленно поглаживают ее скулы.

– Я обещала служить вам, – очень тихо ответила она.

Из-за страха перед всесильным Ледяным в животе скрутилась тугая спираль. – Но моя семья – это все для меня. Если с ними что-то случится, то и мне будет незачем жить. Пожалуйста, владетель. Помогите им.

Девушка сжалась, стараясь казаться меньше, чем она есть. Словно это могло помочь избежать гнева повелителя Севера.

– Как же вы все похожи, – задумчиво произнес Альдархин.

– Я не совсем понимаю…

– Женщины. Вам всегда мало, – презрительно отдернул руку мужчина.

 – Сначала спасение жизни. Теперь долги твоего отца.

– Вы не так поняли… – Алекса растерянно смотрела на повелителя.

Отчего так больно видеть столь явно проступившее разочарование на его лице? Отчего стало тоскливо, стоило ему убрать руку с ее лица?

– Владетель!

Но он не слушал. Развернулся и, раскинув руки в стороны, вдруг взмыл в небо. Прямо в полете его тело начало меняться. Увеличилось, обрело огромные серебристые крылья.