Дракон проклятой королевы

Сумасшествие какое-то… Все происходящее – просто дурной сон. Еще и эта новость о том, что все это время она была лишь отводом для проклятия принца. Но ведь при этом Король с Королевой знали о ее постоянных поисках лекарства. Не думали, что в случае ее успеха злые чары шарахнут по их избалованному наследничку?

Дверь внезапно открылась. Кая дернулась, инстинктивно сплетая пальцы в защитной руне. Кристалл перед ней ярко мигнул и снова потух. Бездна!

– А вот и ты… – услышала она низкий бархатистый голос, полный злобного предвкушения.

И чего это он радуется?

– Как ты вошел сюда? – чуть прищурилась она, на ходу меняя план.

Как бы то ни было, то, что он здесь – хорошо, не надо будет тратить силы, чтобы забрать его из подвала.

Взмахнув рукой, она закрыла дверь за ним чарами и тут же снова переключилась на кристалл.

– Если уж пришел, то хотя бы не мешай, – сколько у нее осталось времени, прежде чем доберутся до ее родителей? Еще и Лиара неизвестно где… В зале она ее не видела.

– Да вот, пришел узнать. Ничего не теряла? – Амоа, словно не замечая, что ей сейчас не до него и она не настроена разговаривать, вытащил из кармана браслет подчинения, помахав им перед её глазами.

Киара досадливо поморщилась. Наверное, все же надо было раньше объяснить ему про ритуал и его последствия.

– Ты мне мешаешь, – она постаралась произнести это как можно вежливее, но, кажется, получилось довольно грубо.

– Ты что, не понимаешь, что я пришел убить тебя?! – на руке нианца вспыхнул огненный шар, а глаза опасно засверкали.

В бездну его с его паршивыми нервами и характером! Он вообще соображает, что сейчас творит?! Можно подумать, это его семью сейчас могут убить с особым пристрастием и жестокостью.

Киара почувствовала, как ее саму начинает трясти от плохо сдерживаемого гнева. Убить он ее пришел, значит? Пусть встанет в очередь!

Девушка вскочила на ноги, руки сами собой сжались в кулаки.

– Отлично. У тебя пять секунд. Время пошло. Раз, два… – принялась считать она.

– Ты о чем? – наверняка в другой раз хранительница умилилась бы растерянному выражению на обычно бесстрастном лице, но сейчас это вызвало лишь досаду.