Хочу бабу на роликах!

Я знаю тебя всего несколько дней, но чувствую, что, наверное, ты мне самый близкий человек… и спасибо тебе, спасибо за все!

– Не за что меня благодарить, я давно должна была тебя найти. Мне так больно с тобой расставаться…

Нас обеих душили слезы, мы обнялись и никак не могли оторваться друг от друга, но вдруг кто-то рядом воскликнул:

– Мария Львовна, вы?

Женщина средних лет с очень милым лицом кинулась к бабушке.

– Людочка, какими судьбами?

– Вы домой, Мария Львовна?

– Конечно, Людочка, вот познакомьтесь, это моя внучка! Саша, а это моя приятельница из Арада! Я и не знала, что вы в Москве.

– Да.

– Как удачно! Вот, Саша, можешь теперь за меня не волноваться, Людочка – доктор, она за мной присмотрит.

– Хорошо! – обрадовалась я.

– Мария Львовна, нам пора, а то скоро очередь выстроится…

– Да-да, конечно. Ну, Сашенька, будь счастлива, детка. И помни – если что, у тебя есть бабушка. Звони, не забывай.

– Бабушка, а ты обещай мне позвонить, как долетишь.

– Обязательно, как только приземлимся, бабушка вам позвонит. У меня с собой телефон! – сообщила Людочка.

И они ушли.

Я еще постояла, покуда бабушка вела довольно долгую беседу с девушкой из службы безопасности.

Потом она подождала Людочку, которая освободилась чуть позже, та подхватила бабушкину сумку на колесах и…

И все. Бабушка только помахала мне рукой и исчезла. Она была такая маленькая, такая хрупкая… У меня перехватило горло. Как странно, всего несколько дней, а разлука с ней причиняет такую боль… Я почувствовала, что сейчас разревусь.

Тут уж я не удержалась и заревела.

– Что с вами, женщина? – спросил какой-то мужчина в кожаном пальто. – Вам плохо?

– Нет-нет, все в порядке… – шмыгнула я носом.

В этот момент в кармане у него зазвучала мелодия «Маленькой ночной серенады» Моцарта.

– Алло! Да, зайка, это я. «Где, где»! В Шереметьеве, где же еще? Ладно, будет сделано, ну все, кончай треп, зайка. Целую. – Он отключил телефон. – Вот, блин, техника, нигде не скроешься! Так вы, женщина, в порядке?

– Да-да! Спасибо! – восторженно воскликнула я.

Он взглянул на меня с недоумением. Решил, что я просто психованная. А меня осенила гениальная идея.