Трепетный трепач

– Думаешь, я уверена, что он и меня не отошьет? Я ему еще не звонила.

– Да бог с вами, Елена Павловна, вы же его мать.

– Будем надеяться, – засмеялась она. – А хочешь я дам тебе Лерочкин телефон?

– А он у нее изменился? – вдруг покраснел Марик.

– Да нет. Только знаешь, у нее теперь двое детей. Она взяла осиротевшего племянника.

– А… Ну что ж, это вполне в ее духе. А чем она занимается?

– Пишет сценарии.

– Это здорово, она всегда к этому стремилась. Молодчина. Как вы считаете, Елена Павловна, она не будет против, если я ей позвоню?

– Да нет, конечно, с чего бы ей быть против?

– Что ж, попробую, – вдруг страшно смутился он.

– Да беги, беги.

А вдруг у Леры что-то сладится с Мариком? Он такой милый парень.

Вернувшись в номер, она решительно взялась за телефон. Ответил женский голос.

– Алло!

– Добрый день, могу я поговорить с Дмитрием Сергеевичем?

– А кто его просит?

– Его просит его мать!

– Мать? Какая мать?

– Что значит какая? Его родная мать!

– Ох, извините… Я не подумала… Да-да, я сейчас его позову.

Похоже, она даже не знает моего имени-отчества, а может и вообще не подозревала о моем существовании.

– Алло, мама! Ты в Москве?

– Да, представь себе. И хотела бы тебя увидеть.

– Но почему ж ты не позвонила заранее, я бы тебя встретил. Ты где остановилась?

– В гостинице.

– Ну зачем же…

– Не люблю никого стеснять. Та к мы можем увидеться?

– Ну, разумеется, мама! Знаешь что, приходи сегодня вечером к нам, я познакомлю тебя с женой.

– Лучше всех!

– Но ты приехала одна?

– Да.

– Ну что ж, скажи, где ты остановилась, я вечером заеду за тобой.

– А знаешь, кого я встретила тут, в отеле? Марика Косецкого.

– Да? Тебя это обрадовало?

– Меня – да! А тебе это неинтересно?

– Сказать по правде, совершенно неинтересно, мама.

– Та к в котором часу мне тебя ждать?

– Примерно в половине восьмого, но, учитывая пробки, могу и опоздать.

– Еще какие! Ну, до вечера, сынок!

Фу, как трудно с ним разговаривать. Какой он чужой… Единственный сын и такое отчуждение… Наверное, я сама в этом виновата. Но почему же Лерку я ощущаю как родную, не говоря уж о Катюшке? И этот трогательный малыш Гришка. Как можно было всех их бросить? Мне этого не понять. Но посмотреть, как теперь живет мой сын, известный писатель, здорово интересно.