Рай №2

Аарон так же вставал до рассвета и, прихватив кувшин с водой и лепешку, отправлялся в поле. Дети оставались на хозяйстве. Елизавета молола муку для выпечки хлеба, потом шла на ручей стирать белье. Иаков выполнял работу по двору, приносил воду и присматривал за животными. Вечером загонял их в пристройку на нижнем уровне дома. Потом они с сестрой, голодные, садились и ждали отца. Между собой почти не разговаривали. Каждый переживал горе внутри себя.

Однажды, возвращаясь с поля, Аарон встретил на дороге высокого старца, одетого в красные одежды, с короткими вьющимися волосами и небольшой окладистой бородой.

Лоб его был испещрен глубокими морщинами, словно он часто и подолгу задумывался о чем-то важном. Мужчине этот человек был не знаком. В то время как все жители деревни знали друг друга и близко, и просто в лицо, здороваясь при встрече, старец вызвал интерес у Аарона. Когда он медленно прошел мимо, тот оглянулся, потом спросил у идущего следом Ламеха, с которым они вместе работали в поле, не знает ли он незнакомца.

– Это апостол Иоанн Богослов, сын Зеведеев. Миссионер прибыл с Патмоса, где был в ссылке. Говорят, он исцеляет больных и воскрешает мертвых. Помнишь Игнатия, который сломал ногу на строительстве жилища богача Фомы? Вчера видел его – бегает пуще прежнего.

Аарон почувствовал, как бешено забилось его сердце, когда, попрощавшись с товарищем, он отправился домой, забыв посреди дороги пустой кувшин. Весь путь он о чем-то лихорадочно размышлял, насупив брови, и его бросало то в жар, то в холод.

На следующий день от Ламеха он узнал, как ему можно отыскать старца Иоанна. Тот жил в небольшом скромном доме на окраине деревни и, прибыв туда, Аарон увидел вереницу людей, выстроившихся в очередь у двери миссионера. Кто-то возбужденно разговаривал с соседями, стоявшими перед и после в ряду страждущих, размахивая руками и округлив от изумления глаза. Другие же стояли тихо и словно бы были погружены в свои переживания и чаяния.

Заняв очередь, Аарон отошел в сторону и присел под сенью огромной оливы. Погрузившись в свои невеселые мысли, он и не заметил, как наступили сумерки. Казавшийся нескончаемым, людской поток заметно уменьшился. Из дома проповедника вышла женщина и поставила рядом с порогом зажженную лампаду. Потом так же неслышно зашла внутрь, а следом за ней – следующий из очереди просящих.

Аарон вошел в дом старца только поздней ночью.