Перевозбуждение примитивной личности

Не знаю, сколько я спала, но проснулась от чьего-то задушенного голоса:

– Барсик, Барсик!

Я открыла глаза, и взору моему представилась картина достаточно уморительная. На высоченной, под три метра кирпичной ограде, отделявшей Мурин участок от соседнего, сидел здоровенный, толстущий кот, пушистый, полосатый, а к нему по ограде подползал мужчина с куском сырого мяса в руке.

– Барсик, миленький, хороший, поешь, ну, пожалуйста…

Стена была узковата даже для кота, его мохнатое пузо на ней не умещалось. Хозяину наверняка было не слишком удобно ползти.

– Барсик, поешь, я тебя умоляю!

Тут уж я не выдержала.

– Послушайте, он не похож на голодающего, ваш Барсик! – сказала я и тут же испугалась, что мужик сейчас свалится с ограды. Но ничуть не бывало.

– Здравствуйте, – невозмутимо сказал он. – Ради бога извините, просто кот третий день ничего не ест, а вчера залез сюда и сидит… Хозяева уехали, и мне его поручили… Я за этим поганцем ползаю, а он как будто смеется.

Мне стало жалко бедолагу. Наверное, больно лежать пузом на кирпичной ограде. И тут я приметила у гаража лестницу-стремянку. План созрел мгновенно.

– Попробую вам помочь. Вы зовите его, отвлекайте, а я зайду с тыла.

Я прислонила стремянку к стене позади кота, тихонько влезла и затаилась, чтобы не спугнуть его. Он сперва беспокойно вертел головой, но потом, видно, решил, что я никакой опасности для него не представляю.

– Барсик, Барсинька, хороший, ну иди сюда, иди!

И тут я схватила кота. Он возмущенно взвыл, но я умею обращаться с котами.

– Ну, тихо, тихо, ничего плохого я тебе не сделаю. – Я прижала его к себе, он, как ни странно, не пытался выдраться, а доверчиво прильнул ко мне. Видимо, он не только из вредности сидел на стене, а, забравшись туда, боялся слезть. С моим Мойшей вечно происходит то же самое.

Мужик на стене кашлянул, словно напоминая о себе.

– Э… вы позволите спрыгнуть к вам? Чтобы я мог его забрать.

– Пожалуйста!

Он довольно ловко соскочил с высокой ограды. И еще помог мне слезть со стремянки. Но Барсик не пожелал идти к нему, а судорожно вцепился в меня.

– Вот сволочь! – в сердцах сказал мужик. – Простите… это я про него.