Масон

– Леди Рианис, вы понимаете, что даже если вы пройдёте вступительный экзамен, ваша дочь не сможет жить в академии?

Вначале я не поняла с кем и о чём говорит Тарс, но вспомнила документы, полученные от тёти Берты, и уставилась на ректора глазами полными слёз. Ведь без Хлои я тут не останусь, а это означает, что мы пропали. К тому же, неизвестно смогу ли я сдать экзамен. По моим щекам потекли слёзы бессилия, и ректор тут же всполошился.

– Только не надо плакать! Я знаю, что вы в очень сложной ситуации и вам нужна помощь.

Я заревела ещё громче, но в этот раз от облегчения. Всё-таки быть прислугой и жить в тепле, гораздо лучше, чем замёрзнуть на улице. Господин Тарс посмотрел на этот поток слёз и вздохнул, после чего очень мягко добавил:

– Ну-ну, не стоит лить слёзы. Я постараюсь сделать всё, что в моих силах. Но никто не сможет принять вас в магическую академию без магии, понимаете? Вам всего лишь надо будет пройти проверку на артефакте.

– А если я её пройду? – слёзы тут же высохли, когда до меня дошёл смысл сказанного. – Куда денется моя…дочь?

Сестра удивлённо посмотрела на меня, но восприняла эти слова, как весёлую игру и ещё крепче обняла меня за шею. Лантор Тарс потер лицо и уселся в кресло около камина. Он посмотрел на меня, затем на притихшую Хлою, после чего проговорил:

– Никому другому я бы не стал предлагать такого, но за вас просил очень близкий мне человек, которому я многим обязан, поэтому…Ваша дочь может пожить у моей сестры, если вы не против.

– Но я же смогу навещать Лою? – с тревогой поинтересовалась я, в последний момент вспомнив, что теперь у нас новые имена.

– Конечно, леди Рианис. Вы сможете видеться с дочерью каждый вечер, после окончания занятий. У нас тут не закрытое заведение, но установлен комендантский час, и в случае опоздания, вам придётся ночевать вне стен академии.

– Тогда я согласна и с радостью приму вашу помощь!

Невзирая на то, что на дворе уже была ночь, мы отвели Хлою к сестре ректора, и я расслабилась. Семейство Кроу мне сразу понравилось. Бывают такие дома, в которых чувствуется домашний уют, где даже без слов и проверок становится понятно, насколько добрые и отзывчивые люди там проживают. Элизабет увидела Хлою и принялась хлопотать над ней, как наседка. Я едва сдержала слёзы, вспомнив маму.