Масон

Просто здесь могли убить в любой момент за блестящую безделушку, чего уж говорить о дорогой одежде, которую носили все наши доблестные «защитники».

Так вот, Жак в течение трёх дней, которые мы с Хлоей провели в этом месте, пытался сделать из меня свою «женщину», что в переводе означало обычная потаскуха для бандита. Благо тётя Берта смогла уговорить его, чтобы меня не трогали ещё неделю и дали пообвыкнуть. Она, вообще, очень расстроилась, когда мы появились на её пороге, хоть и не сказали ни слова. Я увидела это в её глазах.

Словно единственное о чём мечтала тётя, чтобы мы никогда к ней не приходили.

Но тогда, зачем же она так настойчиво звала нас к себе? Признаюсь, я тогда подумала, что письма посылала вовсе не она. Да и поведение графа Либерга было довольно странным. Он все эти письма демонстративно прятал, чтобы я их обязательно увидела, но не смогла прочесть. Вот только к чему такие сложности? Если кому-то было необходимо моё появление в этом месте, просто притащили бы и всё.

Да и действия тёти были весьма необычными.

С момента нашего появления, Берта постаралась поскорее разобраться с документами и отправить нас с Хлоей подальше отсюда. Если честно, ума не приложу, как красивая, талантливая женщина могла оказаться среди бандитов. Ведь она была из весьма знатного рода, обладала сильной магией воды…и при этом жила среди черни столицы. Странно.

Насколько я успела узнать, Берта была очень доброй и отзывчивой. Увидев нас на пороге своего дома, она не стала задавать вопросов, а просто принялась хлопотать над двумя зарёванными и продрогшими до костей племянницами.

Всеми действиями тётя старалась нам помочь, но порой появлялось чувство, словно ею кто-то управлял. Итог всех этих странностей был закономерным – из-за неё я попала в передрягу.

Зачем только она сказала белобрысому с тростью, что во мне течёт кровь демонов? Ответа я не знала и сейчас не хотела об этом думать. Кроме Берты у нас с сестрой никого нет. И для меня она навсегда останется родственницей, которая приютила двух сирот посреди ночи, когда тем некуда было идти.

– Мне плевать, чем и с кем она занималась, – процедил первый мужчина и подошёл ко мне. – Кольцо принесла?

Кивнув в ответ, я сильнее сжала ладонь, где лежал перстень Джареда и сделала шаг назад. В голове пульсировала лишь одна фраза, сказанная несколько минут назад тёмным: «У тебя не выйдет отдать ни одну вещь, которую надо было достать и не получится разорвать магический спор, пока ты не придёшь ко мне сама».