Нить души

 – Меня Роберт зовут, или Роб. Теперь хоть понятно, почему ты такой злющий зашёл. Ты не обижайся, у меня сейчас становление магии происходит. Всплески агрессии и всё такое.

В полном ауте я смотрела на блондина, протягивающего мне руку. Он в своём уме? Может я чего-то не знаю и у парней так принято? Увидели друг друга, надавали по морде, потом выложили все тайны и уже лучшие друзья? Забавно. Но решила не накалять атмосферу в учебном коллективе и пожала протянутую руку.

– Арикел, можно просто Арик, – буркнула я, после чего мы пошли в аудиторию.

Там нас встретили настороженные лица адептов. И каково было их удивление, когда мы вместе с Робертом подошли к его ошалевшим друзьям. Блондин глянул на них и произнёс:

– Это Арик, а это Джим, Лукас и Колин.

Представив нас друг другу, Роб демонстративно схватил свою сумку и сел за соседний стол рядом со мной. Прозвенел звонок и в аудиторию зашёл новый преподаватель. Вот таким странным образом я обзавелась не менее странными приятелями.

Стоило вернуться в общежитие, как Лим тут же спрыгнул с моего плеча и метнулся в сторону. Я сняла иллюзию, чтобы привести в порядок свой «кокон» и направилась в ванну. Зацепила мельком своё отражение в зеркале и чуть не заорала от ужаса. Точнее, я орала, но мой рот закрыл рукой Шанриан. С моего лица слез кусок кожи и болтался, как грим в фильме ужасов про зомби.

– Не кричи, Кира, это нормально, – успокаивающим тоном произнёс бог. – Ты скидываешь кокон. Хоть и намного быстрее, чем мы рассчитывали.

Глава 5

Остаток дня я провела в комнате. Шанриан объяснил, что перепады настроения были связаны с моим неожиданным «взрослением» и в таком состоянии лучше ни с кем не общаться. Кроме того, у меня не было никакого желания пугать окружающих непонятными кусками плоти, отваливающимися по дороге.

Под вечер начался настоящий кошмар. Кожа вздыбилась и начала слазить пластами. Выглядело это настолько жутко, что я закрылась в ванной и даже Лима попросила уйти. Не хотела, чтобы меня видели в таком состоянии. Лисёнок расстроенно опустил уши и оставил меня в одиночестве.

А ещё немного позже у меня началась настоящая истерика. Ревела долго и со вкусом, пытаясь отодрать очередной кусок серой мерзкой субстанции. Было очень себя жалко.