Дары Дионаи

Это было во сто крат хуже обычного чувства стыда! Уткнувшись носом в плечо Дамиана, я простонала:

– Ненавижу Эймира.

– Всегда любил эти слова, – раздался насмешливый голос отшельника от двери. – Правда, обычно их все произносят лет через пятьдесят после знакомства. Ради всего святого, де Морт, поставь ты уже её на пол!

Но тут всех удивил Дамиан. Парень развернулся, отнёс меня обратно на кровать, и накрыл одеялом. После также молча подошёл к Стефану с Кейт, забрал у них мои вещи, сгрузил всё это мне и произнёс тоном, не терпящим возражений:

– Прошу всех выйти из моей комнаты и больше не вламываться сюда без стука.

Я наблюдала за вытянутым лицом Стефана, задумчивым Катрин и раздражённым Эймира. Только на них на всех грозно взирал Дамиан, сложив руки на груди. А спустя пару секунд я смотрела вслед незваным гостям, которые вышли и закрыли за собой дверь. Удовлетворённо кивнув, де Морт повернулся ко мне, подмигнул и тоже направился к выходу со словами:

– Собирайся, жду в коридоре, у тебя есть пятнадцать минут.

Сказать, что я в тот момент начала боготворить парня – не сказать ничего. Впервые кто-то совершал поступки, которые облегчали мне жизнь! Раньше мне помогала лишь Катрин и бывшая верховная жрица Дионаи. Но я думаю, что Кейт делала это из-за чувства вины. Именно поэтому я старалась сделать всё, чтобы общаться с ней как можно реже.

Бывают такие моменты и воспоминания у двух людей, когда лучшим выходом будет разбежаться по разным дорогам, чтобы не вызывать друг у друга плохих эмоций при встрече.

К слову, спасение жизни, при котором страдает спасающий тебя человек, является именно таким моментом. Я лишь однажды обратилась за помощью к Кейт, когда попала на материк. Но там была слишком серьёзная ситуация, чтобы отмахиваться от помощи.

С такими мыслями я поднялась и начала приводить себя в порядок. Отметила, что синяки сошли благодаря мазям собственного приготовления. Я всегда любила возиться с разными настоями, мазями и зельями. Просто мне казалось, что моё призвание лечить людей.

И даже утратив возможность использовать свой дар, я нашла способ помогать больным. Верховная жрица меня поддерживала и позволяла читать книги в закрытом архиве, где хранились самые опасные и вместе с тем полезные знания.

Отсюда и моя любовь к упрощению заклинаний. Когда у тебя на руках лежит человек, который вот-вот умрёт, нет времени на долгие пасы руками, песнопения или тщательную проверку состояния энергии.