Особое положение

Думаю, в ближайшее время этот грон будет выглядеть слегка пришибленным.

Имя аквиллу придумалось само. Золотой – он и есть Золотой. Его шерсть красиво сочеталась с моими волосами. За лето они выгорели еще сильнее, так что солнечные и светлые пряди чередовались красивыми полосами. Внешностью я пошла в маму – умершую в послеродовой горячке много лет назад. К сожалению, и мой младший братик не выжил. Говорят, иногда Степь забирает себе дань. Мне тогда было три года. Я не помню ее, но портреты говорят, что мы похожи.

Те же светлые прямые волосы, те же ярко-синие глаза и чуть вздернутые вверх брови. А вот кожа у меня довольно смуглая, как у отца.

Я направилась в свой шатер, расположенный неподалеку от шатра отца. Моя гордость! Я заслужила право на него, пройдя наравне с остальными все испытания для желающих обрести право называться воином, едва мне исполнилось восемнадцать. Степь мудра и дает равные возможности что мужчине, что женщине. Хочешь быть независимой и сама распоряжаться своей жизнью? Пожалуйста! Если докажешь, что можешь сама за себя постоять, обеспечить пропитанием и не уступаешь в ловкости и смелости другим воинам.

Если не знаешь, с какой стороны держать меч, а ткать ковры или вышивать тебе милее, никто неволить не станет. Отец будет заботиться о тебе, а когда придет время, подберет мужа. От тебя лишь требуется покорность и смирение относительно любого его решения касаемо твоей судьбы, а впоследствии полное подчинение супругу.

Меня ведение домашнего хозяйства никогда не привлекало, хотя для грязной работы у нас полно служанок.

С детства тянулась к братьям, учась наравне с ними владению оружием и участвуя в их шалостях и вылазках. Наверное, это от мамы. У них с отцом был брак равных.

Политическая необходимость вынуждала его брать в свой шатер других жен, для закрепления мирных договоров, но ложе он с ними не делил, пока была жива моя мать. Да и после выдержал год траура, прежде чем впустил в свою постель других. Поэтому разница в возрасте с единокровными сестрами у меня не меньше пяти лет.

Да-да, пока еще ни одна из его жен не подарила ему сына, что их невероятно злит. А жен этих целых семь! Вечные бабские склоки между собой порядком портили мне нервы, и я долго мечтала обрести право жить отдельно.

И почти со всеми сестрами у меня мало общего, несмотря на родную кровь. Они пошли в своих матерей, вместо оружия предпочитая играть с куклами и украшая себя лентами да нарядами, когда я арканила лошадей и участвовала в набегах.