Код фейри. Заложница Теней

Мол, смертные в принципе крайне плохо переносят близкое присутствие Хаоса. Дальше последовала длинная лекция про потоки энергии и так далее. Я поняла только, что у людей и у фейри энергетические потоки разные.

Доран… тут все было сложно. После той попытки соблазнить меня он больше не пытался повторить подобное. Но в течение недели я ловила на себе его взгляды. Вот как сегодня, например. Я сидела в лаборатории Хэдина и заканчивала составлять список того, что мне надо. Этим я занималась вечером, а утром зарывалась в истории о фейри.

В основном в книги, написанные лекарями.

Доран в лаборатории в эти дни появлялся редко. В основном я общалась с Хэдином, который пока что казался едва ли не единственным вменяемым фейри во всем Руадхе. С остальными представителями практически не сталкивалась, так как выходить куда-либо одной мне категорически запретили. И намекнули, что в случае неповиновения опять накажут.

– Что? – поинтересовалась я, поднимая глаза от списка на Дорана. Он явился в лабораторию, опять одетый в черное с проблесками серебра, и теперь внимательно разглядывал меня.

С каким-то непонятным выражением.

– С тобой все в порядке?

Я прислушалась к организму и честно ответила:

– Хочу пить и гулять, а в целом нормально. А в чем дело?

– Ты не чувствуешь ко мне притяжения? – напрямую задал вопрос Доран. – Или к Хэдину?

Я скосила взгляд на лекаря, тот подмигнул и снова занялся своей пациенткой. Я ее знала. Мелдит. Погруженная в глубокий сон, фейри лежала на длинном низком столе, а склонившийся над ней Хэдин сканировал ее состояние.

С троицей развлекались четыре дня, после чего два лекаря слегка их подлатали и оставили приходить в себя.

– А должна?

– Люди очень сильно реагируют на нас, – пояснил Доран, сидя на краю широкого стола, на другом конце которого трудилась я. – Считается, что после ночи с фейри человеческая девушка или парень уже не смогут забыть возлюбленного. Особенно с ганконерами.

– Ну извини, если тебя расстроила. А это еще кто?

– Ганконер? Фейри, который заманивает девушек игрой на флейте.

Раньше смертные называли его «ласковый любовник». Встретив ганконера, девушка была обречена тосковать по нему до самой смерти. А та приходила очень быстро, так как несчастная сохла на глазах и отказывалась от еды.

– Ясно, – откликнулась я, – моментальное привыкание и сильная ломка. Похоже на наркозависимость. Возможно, игра на флейте гипнотизирует или подчиняет ментально.

– Рори, не все можно объяснить наукой.