Это моя территория

Глаза в обрамлении черной подводки казались пронзительно-зелеными. Губы девушка накрасила светло-серебристой помадой, под цвет лака для ногтей и коротенького плаща. На ногах красовались тяжелые даже с виду высокие ботинки в стиле «милитари», расписанные в ядовито-зеленый и желтый цвета, с розовыми шнурками.

– Женя, ты чего молчишь? – Алиса пощелкала пальцами, украшенными ярко-желтыми и сиреневыми кольцами, перед лицом Жабы. Марина Викторовна уже давно присоединилась к подругам дочери, и теперь все трое старались не заржать во весь голос.

Немое изумление на лице Евгеши сменилось праведным возмущением.

– Это что, Алиса? – Таким тоном инквизитор допрашивал ведьм в Средние века.

– Это ботинки, – радостно сообщила ему девушка. – Так модно. Ну что, мы идем?

Казалось, парень был готов сорваться и убежать подальше, швырнув букетом в окно. Но в последнее мгновение сдержался, хотя нельзя сказать, что выглядел он счастливым влюбленным.

«Черт, ну вот что он смотрит на меня глазами злобного енота-полоскуна, которого заставили сахар в воде мыть?»

– Пойдем, – Евгеша буквально выцедил из себя это слово.

– Спасибо, может, ты их понесешь?

Парень молча кивнул, боясь, что сейчас разорется на нахалку. Сам-то он, готовясь к театру, оделся как положено. Темный строгий костюм, идеально выглаженный заботливой мамочкой, волосы расчесаны на пробор, ботинки начищены до блеска. В общем, педантичный и аккуратный кавалер, мечта любой девушки. А теперь он должен идти рядом вот с Этим и краснеть!

Алиса догадывалась о возмущенных мыслях Евгеши и была удивлена тем, что он не удрал, а все же согласился идти в театр.

В грозном молчании они спустились на лифте и вышли во двор, где по случаю хорошей погоды резвились дети под присмотром бдительных бабушек и мам.

– Ой, солнце такое яркое, – с этими словами Алиса достала из зеленой пушистой сумки очки в форме розовых сердечек. Несколько детей заревели и убежали подальше, бабки на лавочке возле подъезда замолчали и дружно поджали губы.

– Так мы точно идем? – на всякий случай поинтересовалась Алиса, услышав, как Жаба чуть слышно застонал.

Волю словам Евгеша дал в машине, которую на этот вечер взял у отца. Водил он редко, но очень аккуратно, можно даже сказать, что пунктуально. Вот и сейчас, несмотря на возмущение, Жаба держался одного ряда и не превышал скорости шестьдесят километров в час.