Странная ночь в апреле

Бросив взгляд на гостя, я смутно узнала того, кто толкнул меня перед входом в вокзал, избавив от сумасшедшей старушенции. Где ж ты был все это время, Одиссей?

Однако ответ пришел мне в голову одновременно с долетевшим удушливым запахом перегара. Ясно, накачивался в вагоне-ресторане. Я поморщилась: ну всё, поспали ночью.

– Ты, что ль, на нижней? – рявкнул наш новый сосед, обращаясь к парню.

Тот покачал головой.

– Тогда проваливай! Я тут буду, – и он наклонился, занеся кулак, видимо, чтобы застолбить ударом место, но рука скользнула мимо, потянув за собой вперед и вниз всю эту сотню килограмм живого веса.

Женщина тихо вскрикнула. Парень же, ухватив мужика за плечи, легко вернул его в вертикальное положение. Ничего себе, атлет. Впрочем, благодарности ожидаемо не последовало: мужик развалился на полке, и парню пришлось чуть ли не перепрыгивать через чемодан, чтобы выйти. Новый попутчик, с каждым выдохом все сильнее наполнял пространство парами спирта. Я прямо ногой с верхней полки подтолкнула дверь в сторону, впуская к нам воздух.

– Будьте добры, уберите чемодан, – донесся до меня тихий голос соседки снизу.

Мужик никак не отреагировал, пялясь в телефон.

– Уберите чемодан, пожалуйста, – повторила женщина.

Сосед цикнул и скривился недовольно, но потом все же чуть сдвинул свою бандуру. Женщина принялась собирать белье. Ну вот, она выходит. Так не хочется оставаться с этим шкафом двустворчатым один на один. Хорошо, если он будет только музицировать дыхательными путями, а если его в «ты меня уважаешь?» потянет?

Женщина открыла дверь, чтобы выйти, как ее окликнул пьяный:

– Проводницу позови, и пусть белье мне принесет!

Дама аж застыла на месте от такой наглости.

– Да что вы себе позволяете? – дрожащим от возмущения голосом воскликнула она.

– Ой, нежная какая, – фыркнул мужик. – Все равно туда идешь, че тебе трудно, что ли?

Я изо всех сил боролась с «обостренной справедливостью», чтобы не встрять в этот диалог. Это вам не голубя спасать: если что, точно придется просить проводницу переселить меня в другое купе.

– Вот бабы наглые стали, – пробормотал мужик, когда женщина скрылась в коридоре, а потом поднял взгляд на меня: – Слезай, красотка, угощу тебя коньяком, поболтаем за жизнь, – великодушно и щедро предложил он, изобразив кривую улыбку.

– Нет, – резко ответила я. – Не пью, спасибо.

– Ой, ну че вы все… прям су… скучные какие, – выдохнул он новой порцией перегара.