Седьмое небо. И ангелы бывают грешными

Большие плюшевые медведи были аккуратно рассажены по стульчикам в дальнем углу комнаты и мирно пили чай из крохотных чашечек. Красивые куколки, с большими синими глазами под приклеенными ресницами, с нескрываемым любопытством смотрели прямо перед собой, неуклюже расставив руки в стороны, словно поправляя края своих кружевных платьев, и иногда кокетливо поглядывая в сторону разукрашенного клоуна в разноцветном костюме, а маленький плюшевый заяц, укутанный лоскутным одеяльцем, мирно спал, уткнувшись розовым носиком в край небольшой расшитой подушки.

Я медленно направилась к входной двери, стараясь побыстрее покинуть это сказочное королевство, в котором чувствовала себя некомфортно, как вдруг чудо, что сладко посапывало в кроватке, зашевелилось.

Я застыла на месте, стараясь даже не дышать.

– Кто ты? -спросила маленькая девочка, сонно потирая свои большие серые глаза, – Ты фея?

– Я… – неуверенно ответила я из полумрака, – Ммм, да.

Девчушка оживилась…

– Я знала! Знала! – задыхаясь от волнения, закричала она, совсем позабыв про сон, – Я знала, что вы существуете! А папа не верил…

Одним резким движением руки она включила ночник, стоящий на прикроватной тумбочке, и, сквозь его тусклый и неживой свет, принялась жадно разглядывать меня, словно стараясь запомнить каждую мелочь.

– А где Ваши крылья? – спросила малышка, осторожно заглядывая мне за спину.

– Крылья? – удивилась я, присев на край кроватки.

– У каждой феи должны быть крылья, – пояснила она, – А где Ваши?

Она несмело поглядывала на край плаща, что вился по моей спине, обрамляя едва различимый в тусклом свете силуэт, облаченный в строгий серый мундир канцелярии, надеясь за ним разглядеть прозрачные, похожие на тонкую кромку октябрьского льда, крылья феи.

– Мои… я сегодня на пегасе, – быстро ответила я, опасаясь, что мой обман раскроют.

Глаза девчушки засияли от счастья.

– На пегасе?! – воскликнула крошка, снова будто подпрыгнув, – На самом настоящем?

– На самом настоящем, – ответила я и невольно улыбнулась.

– А можно… -спросила она, слегка ерзая от нетерпения, изо всех сил борясь с нахлынувшим вдруг волнением, – А можно мне его погладить? Хотя бы минутку, – добавила малышка, и опустила глаза, явно смутившись от своей просьбы, но вскоре любопытство взяло верх, и она робко добавила, – Я осторожно.

– В следующий раз, – ответила я, понимая, что своей малой ложью зашла слишком далеко, – Он сейчас на важном задании.

Девочка поникла.