Седьмое небо. И ангелы бывают грешными

– Внимание слышащим, – кричала она, расталкивая всех на своем пути и стараясь не выпускать меня из виду, – Срочно явиться в отсек Z. Повторяю, срочно явиться в отсек Z. Зарегистрирован факт неповиновения!

После ее слов в зале раздался пронзительный скрежет, постепенно переходящий в невыносимый писк, отчего все служащие, что находились сейчас в отсеке, вздрогнули и инстинктивно зажали уши. Все, кроме офицера. Звук доносился отовсюду, и иногда казалось, что он существует не снаружи, а где-то внутри тебя, в самой глубинной точке твоего подсознания, и сейчас во что бы то ни стало стремится вырваться наружу, попутно забрав с собой твою душу.

Каменный пол, стены, и даже сам воздух вокруг дрожали, а ватное тело больше не подчинялось воле, но я отчаянно шла вперед, расталкивая стоящие на моем пути дрожащие, будто в лихорадке, тела. Всего пара сотен метров отделяла меня от небесного свода, что опоясывал грани двух миров.

Служащие в панике бродили между колон, невидящими глазами оглядываясь по сторонам, но тут же один за другим падали замертво на белый мраморный пол, словно парализованные мухи, ставшие жертвой паучьего яда. Даже регистраторы, прячась за толстым стеклом своих кабинок, сейчас метались по тесным рабочим отсекам, пытаясь скрыться от невыносимого, вызывающего страх и отчаяние звука, но вскоре так же медленно сползали на пол без чувств.

Я, превозмогая боль, огляделась по сторонам и поняла, что в отсеке помимо меня и офицера больше никого нет. Все возможные свидетели этого события были ликвидированы заранее. Очень удобный подход, не нужно потом никому ничего объяснять. Закон останется непреложным, как и репутация Совета, а о мятежнике завтра никто и не вспомнит. При условии, что кто-то из сотен лежащих сейчас на полу завтра утром проснется. Если нет – заменят другими. Механизм должен и будет работать, а сломанные детали окажутся на свалке.

Непонятно оттуда, словно из пустоты, рядом с офицером появились солдаты. Служители держали жезлы впереди себя, в любой момент готовые выстрелить на поражение, но, почему-то, не делали этого, словно ожидая приказа офицера. Они взволнованно оглядывались по сторонам, как огромные псы, загнавшие дикого зверя в ловушку и ждавшие команды вожака.

Но вожак почему-то медлил.