Стальной ворон

– Разве кто-то другой мешает ее обучению? – мальчишка поднял брови. – Закономерность простая, как блин: чем больше Эмьюз узнаёт, тем ближе мы становимся. Я настолько реален здесь благодаря тебе. Для тех немногих, до кого сумел достучаться, ничего этого нет. Только едва различимый шепот и путаные сны.

– Пока не объяснишь, зачем она тебе, можешь на меня не рассчитывать, – отрезал Коллоу.

– Даже не надеялся, что будет легко, – отмахнулся тот. – Мне нужно знать, смогу ли я… доверить ей свою жизнь, да и твою тоже, по большому счету.

– Ничего не понял, но уже испугался. – Джулиус озадаченно потер лоб.

– Правильно, – согласился Сириус. – Не успеешь обучить девочку, сам проиграешь все. Мое будущее уже давно никого не интересует, меня в том числе, но есть вещи гораздо более важные.

– Не пробовал для разнообразия говорить прямо? – Коллоу чувствовал, как ситуация выходит из-под контроля.

– Куда прямее! – собеседник подался вперед. – Ты уже сталкивался с предсказанной судьбой. Видел, как она работает.

Разговор зашел в тупик. Только беззаботное пламя продолжало перешептываться с кронами деревьев.

– Я не готов доверять свою жизнь кому бы то ни было, – наконец, нарушил молчание Джулиус.

– Поэтому я и не рассказываю тебе всего, – улыбнулся Сириус. – Свой выбор ты сделаешь сам. А пока… вам ведь так и так придется ее учить. Почему не приступить уже сейчас? Ждешь, что девочка начнет являть чудеса? Не начнет. Вернее, не те чудеса, которые ты способен увидеть.

– Какой ущербный я, – обиделся Коллоу. – Твоя «предсказанная судьба» полная чушь. Перекладывать взрослые проблемы на детские плечи, прикрываясь судьбой, – редкая подлость. Мы бездну лет обходились без Леди Эмьюз Варлоу. Что теперь нам помешает? Желаю воспользоваться своим правом выбора немедленно.

Джулиус поднялся на ноги.

– Все пойдет, как шло. Не быстрее, не медленнее, – объявил он. – А о себе я позабочусь сам.

– Сядь, – устало попросил мальчишка. – Нельзя обгонять события.

Рыжий огонь жался к раскаленным головешкам и плевался искрами. В прозрачной ночной тишине каждый шорох казался удивительно громким. Коллоу прекрасно помнил, с каким нетерпением ждал возможности проявить себя в первые годы. Насколько все это было важно.