Серебряный ястреб

– Хорошо, что третий не нашли, – просипел Ларри, чтобы не выдавать, насколько он потерял дар речи.

– Нашли-нашли, уже давно, – успокоил капрал. Глаза у него посмеивались. – Увеличительное стекло? Серьезно, зачем ты его прятал?

Ларри сглотнул. Он представил, что было бы, если бы он поставил дома растение до того, как узнал, насколько у родной Гарды длинные руки.

Стекло он прятал потому, что его зрение не было идеальным, но признаться в этом наверняка значило бы вылететь с работы.

– Хотел изучить, из чего состоит Тень, – брякнул он.

– Глупый ты, – с чувством сказал капрал. – Ни из чего. Она просто есть.

– А почему он? – вдруг спросил Роджер. Темные глаза над маской сердито блестели. – У меня больше запас Тени.

– У твоей семьи, не у тебя, – ощетинился Ларри. – Не одно и то же, знаешь ли. Магус знает, кого выбирать.

Вот теперь, глядя на разочарованного Роджера, он впервые почувствовал смутное удовольствие от того, как все складывается. В школе учили, что, если тебе хоть кто-то завидует, значит, жизнь удалась, – и сейчас, похоже, был именно тот случай.

– До свидания, капрал, – прохладно сказал Ларри. – Роджер, надеюсь, ты справишься с вызовами: кто-то же должен защищать город, пока меня не будет.

И, не дожидаясь ответа, развернулся и гордо вышел за дверь.

Первым делом нужно было разделаться с визитом в Колыбель Тени. В теории предполагалось, что это большая честь, но Ларри передергивало при мысли о том, что будет, если Тень увидит в нем что-нибудь не то, – а судя по монструму в виде попугая, не того было полно.

Легенда гласила следующее: есть на свете места хорошие и плохие – так их называли раньше. В первых издавна создавали места силы, вторые обходили стороной: там пропадали люди и вещи, возникали миражи из света и звука, туда стремились и погибали отбившиеся от стада овцы и козы. Было плохое место и у них на острове – пещера в скалах. Древние поговаривали, что, зайдя туда, никто не возвращался обратно, что в окрестностях слышали шепот, идущий из ниоткуда, а солнце в тех местах светило неярко, будто что-то поглощало лучи.

Около двадцати лет назад Великий Магус, который таковым еще не являлся, зашел в эту пещеру. Никто не знает, кем он был раньше и как ему пришла в голову такая идея. Известно одно: Магус понял, что места с дурной славой – не просто шутка природы. Если в добрых местах сильнее всего золотая магия, то в плохих сильна какая-то другая, неизвестная – Магус назвал ее Тенью и выпустил в этот мир.