Последнее пристанище

Все вели себя слишком настороженно, были немногословны, но атмосфера всё же стала чуть дружелюбней, чем обычно. Что не могло меня не радовать.

– Можно? – ко мне подсела Моник.

Я кивнула и немного отодвинулась в сторону, уступая однокласснице место. Несколько минут девушка не произносила ни слова, только сидела и нервно накручивала прядь тёмных волос на палец. Наконец, она заговорила.

– Слушай… Я долго хотела поговорить с тобой… о том дне. Но не решалась.

– Ты имеешь в виду нападение? Что именно ты хочешь знать?

Моник на секунду замешкалась.

– Ты говорила, что у того человека, который напал на тебя, был голос подростка. Как ты думаешь… сколько ему было лет?

Я задумалась.

– Не знаю, Моник. Может быть, наш с тобой ровесник. Может, чуть старше.

Она тяжело вздохнула. Я внимательно посмотрела на одноклассницу.

– В чём дело, Моник?

Девушка отвернулась.

– Может, ты заметила… Как он выглядел? Какого цвета были его волосы, глаза? Может, ты помнишь хоть что-нибудь.

– У него не было волос.

Но цвет глаз я заметила. Они были серыми. И глаз был один, – подобное уточнение оказалось лишним.

Моник негромко вскрикнула, внезапно сорвалась с места и скрылась из поля зрения.

Чуть замешкавшись, я побежала за ней.

Я искала её довольно долго, может быть, около получаса. Похоже, Моник умела спрятаться так, чтобы её не нашли, если хотела.

Я подошла к ней и осторожно обняла.

– Что случилось, Моник? Ты ведь знала его, да? Как его звали?

Говорить о нём в настоящем времени мне казалось неправильным.

Я не верила в то, что он ещё может быть жив.

– Томас. Мы дружили. Ты понимаешь, какая это редкость для нашего города. Но однажды он не пришёл на занятия. Также как Алан, – ответила Моник дрожащим голосом.

– Ты пыталась его найти? – я посмотрела ей в глаза.

Моник тяжело вздохнула.

– Конечно. Я хорошо общалась с его родителями. Мне сказали, что у него обнаружили какую-то серьёзную болезнь, и ему срочно понадобилась операция. В нашем городе не оказалось квалифицированных хирургов, и его вывезли отсюда.

До нападения на тебя я верила в это. Но с тех пор начала сомневаться. А теперь не осталось сомнений – он ещё в городе, и, похоже, он в беде. Если, конечно, с ним уже не случилось что-нибудь страшное.

Девушка сделала шаг назад, вытерла слёзы и улыбнулась.

– Спасибо тебе. Пообещай, что этот разговор останется между нами.

Я кивнула:

– Хорошо. Но взамен пообещай, что не станешь копать глубже.