Быня

Она не походила на одноклассниц, которые все как одна: тощие, костлявые, длинноногие, каждая с длинной копной за спиной (про себя Семён называл их русалками – такие же хищные и холодные, сожрут и не подавятся). А у новенькой сиял румянец на круглых щеках, ясные серые глаза под шапочкой волос короткой стрижки смотрели прямо, бесстрашно.

– Данил и Света Савельевы.

Семён даже испугался, что новенькую посадят рядом с ним.

«Вот бы чего не ляпнуть, чтобы за дурака не посчитала! А если она такая же, как и все одноклассницы?»

Но он ошибся.

Света села у окна рядом с отличницей Снегирёвой. А к нему сел её брат, Данил. Выложил учебник и протянул руку:

– Ну что, будем знакомы?

***

Каждый вечер после уроков Семён поднимался на пятый этаж к Ярославцевым. У них было трое маленьких детей и большой сенбернар. Дети постоянно болели, а сенбернара надо было выгуливать. Отец Ярославцевых работал где-то на севере, приезжал раз в полгода. Поэтому мама Ярославцевых однажды встретила Семёна в подъезде и попросила:

– Слушай, Сём, сбегай в аптеку, пожалуйста, вот рецепт, а вот зарплата, – и сунула сотню.

С тех пор так и повелось. Собаку, лохматого Боцмана он выводил каждый вечер. А в выходные – ещё и утром. Иногда бегал за лекарствами, за хлебом. Года два назад он покупал батон и пакет молока для старухи Коржиковой с первого этажа. Но потом та начала ругаться и кричать, что Семён её обокрал. И тот стал помогать только Ярославцевым.

Они с Боцманом отпирали старую железную калитку у торца дома и уходили по тропинке в тополиную рощицу, которая уводила к обрыву над речкой.

Здесь всегда было темно, свет уличных фонарей не достигал тени деревьев. Только жёлтые квадраты света из окон падали на усыпанную листьями землю.

С Боцманом Семён никого не боялся, даже Палтуса. Боцман – единственный, кому можно было всё рассказать. Пёс, старый и мудрый, шёл рядом и внимательно слушал, высунув широкий розовый язык. Он уже знал про то, что из всего богатства у Семёна – древний ноутбук и коллекция редких минералов, которую он собирал пять лет.

В ней были даже переливт, белая слюда и пещерный оникс из сталагмита. И теперь слушал про новенькую Свету и её брата, который не струсил сесть к Семёну за парту соседом.

– Как думаешь, – спросил Семён, – этот Данил, нормальный? Ну… в смысле, общаться, там, дружить с ним… Стоит его прокатить на «восьмёрке»?

Его вопрос оборвал отчаянный крик «Отпустите!». Кричали из глубины рощицы. Голос показался Семёну знакомым.