Осквернённый мир. Инквизитор

Сейчас разозлить старшего инквизитора могла любая мелочь, ведь он почуял ересь. Поискав несколько минут, Нат Тайлан уверенно направился к одной из дверей, ведущей, видимо, в библиотеку или кабинет. По крайней мере, располагалась она в «официальной» части дома. К тому же, для жилых комнат и спален редко выбирали массивные двери с металлическими ручками. Да и резьба на створках была весьма примечательной. В ней не было ничего противозаконного, но большая часть изображений балансировала на грани допустимого. Анна хмыкнула, разглядев спрятавшуюся за древесными ветками суккубу.

Ей подумалось, что резчик, создавший эти двери, был большим шутником. Очень даже возможно, что за подобные шутки до него со временем добралась Инквизиция.

– Посмотри, есть ли ловушки. – Нат Тайлан отошёл от двери, чтобы не мешать Анне.

Ему, как и большинству инквизиторов, имеющих в своих предках демонов, с трудом давалась тонкая ментальная работа. Анна же легко находила слабые ловушки, которые могли оставить восприимчивые горожане, прошедшие нужную тренировку, или особенно хитрые демоны.

А вот к мощным ментальным печатям она старалась даже не приближаться, оставляя грубую работу своему старшему инквизитору.

– Есть ловушка на ручке двери. Ничего опасного, просто сигналка. Если возьмётесь за неё рукой, поставивший ловушку сразу это почувствует. – Анна прищурилась, осматривая дверь ещё раз. Ошибиться было нельзя. – Открыть с ноги тоже не вариант. Резьба тонкая, вмятина будет хорошо заметна.

– Только рукой? – усмехнувшись, уточнил Нат Тайлан. – Больше ничего нет?

– Только рукой, – уверенно кивнула Анна, переключаясь с иного зрения на обычное. – И ничего больше. Будь там сильная защита, мы бы ещё на подходе почувствовали.

– Верно, – согласился Нат Тайлан, протягивая к двери ментальное щупальце.

Немногие могли воздействовать силой разума на материальную реальность. Но рядом со старшим инквизитором Тайланом материя сама охотно изгибалась, когда он выпускал ментальные щупальца на полную мощь.

Или если очень злился. То, что для других было почти недостижимо, для него было не сложнее, чем вскрыть банку какао.

Анна хотела было возразить, что искажение такой силы непременно оставит след, но, посмотрев на довольную улыбку своего старшего инквизитора, передумала. Вряд ли еретикам хватит силёнок и осторожности заметить, что дверь подвергалась сильному ментальному воздействию.

Комната действительно оказалась кабинетом.