Осквернённый мир. Инквизитор

Нельзя полностью избежать соблазнов, ничего о них не ведая.

– Понимаю, по себе судишь. Но опасности ты знаешь, – спокойно ответил Сэмюэль. Прецедентов хватало и в истории, и в личном опыте. И плохих, и хороших. – Познавший тьму может возжелать её.

– Даже лучшие из нас могут предаться ереси или скверне, – упрямо ответил Нат. – Он будет на шаг ближе к тьме, но при этом будет яснее её различать.

– Ладно, забирай. Но два часа, больше дать не могу. Отведёшь на дознание и проверку сам. Рекомендацию подпишу, но ничего не обещаю.

 – Покачал головой Сэмюэль. Он верил чутью Ната, но иногда тот бывал слишком упрям. С обещанием распорядитель лукавил, его просьба в штабе была равносильна приказу. Даже старшие Инквизиторы внутреннего круга не смели её игнорировать.

– Не мало? – из чистого упрямства спросил Нат. Ему этого времени хватало с лихвой. – Совсем ты меня не любишь.

– Я люблю лишь Его и лишь Ему верен, – строго ответил Сэмюэль, поглядев на Ната поверх очков. – И ты тоже. Надеюсь.

Джейб крайне удивился, когда старший инквизитор Тайлан увёл его прочь от машин обратно к подземке. Он думал, что его свяжут и отвезут в подземелья Инквизиции, не дав даже оправдаться. Хотя оправдываться он и не собирался, только принять смиренно кару и очищение. Всю дорогу до штаба Инквизиции Джейб молчал. Анна не выдержала первой и всё-таки спросила у своего старшего инквизитора, когда они уже подходили к их кабинету.

– Что вы задумали, мастер Тайлан? И как старший распорядитель это допустил? – Девушка не понимала, и это пугало её.

Жестокие, почти безумные, рискованные действия мастера – это всё было привычно и давно знакомо. Но непонятные – вот что было по-настоящему страшно. Ибо фантазия и чувство юмора и Тайлана были весьма специфическими.

– Ничего такого, просто хочу быть уверенным. Я отведу послушника Джейба на проверку чуть позже, – усмехнулся Нат. Анна мучилась неопределённостью, и это была его маленькая, вполне допустимая месть за её неодобрение.

Под недоумённым взглядом Анны Нат провёл совершенно растерянного Джейба в кабинет. С одной стороны, тому стоило радоваться – старший инквизитор назвал его послушником, значит, ещё не списал со счетов. С другой – бояться того, какой проверке Тайлан мог его подвернуть. Слухи в Академии про него ходили жуткие и во многом – правдивые. По крайней мере, Джейб был уверен, что в них не было лжи. Даже в тех, от которых веяло совсем уж запредельной жутью.