Наследница долины горячих ключей

Я разрывалась между желанием сбежать, пока меня не увидели, и встав и сообщив кто я такая, прекратить наконец, насилие! Но так и не решилась ни на то, ни на другое. Лицо издевающегося над будущей женой парня было таким страшным, что я сильно сомневалась, что его остановит присутствие постороннего. Пусть тем посторонним и была целая графская дочка!

– Ну вот и хорошо, вот и договорились! – парень, наконец, встал с бессильно раскинувшейся на траве девушки и, подняв ее юбку, начал вытираться. Я бросила короткий взгляд на распластанную на траве несчастную и чуть не закричала от ужаса.

– Ну как, жинка? – поинтересовался насильник, перехватывая качающуюся девушку и забрасывая ее себе на плечо, – понравилась тебе первая брачная ночь? Еще хочешь?

И он ушел в сторону деревни, не забыв прихватить с собой разбросанную по поляне одежду.

С тех пор я больше не ела земляники. И из замка больше не сбегала. Хватит! Набегалась уже! На всю жизнь набегалась! Так, что от одной фразы"исполнение супружеского долга" внутри все леденеет и руки трясутся!

– Госпожа,– рядом, словно из воздуха возникла горничная, – пойдёмте! Пора!

И я набрала полную грудь воздуха и шагнула вперёд, в открывающуюся дверь, мимо продолжающего объявлять меня цереймонейместера.

– …Элейна де Ритт, – услышала я окончание фразы и, натянув на лицо положенную в таких случаях милую улыбку, шагнула в наполненный людьми парадный зал. Отецбыл уже там. Он, как хозяин дома, встречал гостей. В любой другой день эта обязанность была бы моей, но не сегодня. Сегодня день моего совершеннолетия, и я главная звезда праздника, а значит должна появится в зале последней. "Подумать только, – размышляла я величественно приближаясь к противоположному краю залы, где, на небольшом возвышении, ждал меня граф, – сегодня мне исполнился двадцать один год! И если бы у меня не было близких родственников я могла бы сама управлять своей жизнью! Просто не верится!"

Вокруг толпились гости, очень много гостей, слишком много! Я кивала на приветствия, улыбалась, подавала руку наиболее настойчивым мужчинам и чувствовала, как внутри все холодеет от предчувствия близкой беды.