Эрегинии. Яд для демона

– Тебе помочь с тюрьмой?

– Лучше пойду один. Но пришли следом несколько человек к тюрьме на всякий случай.

Анранар пришпорил лошадь, и двинулся вглубь города. Так глубоко в империю кседуши забрались первые. Хэгатри с тоской оглядывал улицы, бывшие ему когда-то родными. Их семья часто приезжала сюда погостить к тётке по отцовской линии. Совсем неподалёку они с сестрой залезали на крышу дома, чтобы оттуда кидать в прохожих липкие переспелые плоды басаньяда. На вкус крупные жёлтые ягоды были уже не такими сладкими и отдавали горечью, зато внизу все так смешно суетились, вытаскивая из волос сладкую гадость… Тогда и деревьев в городе было мало.

Качнув головой, хэгатри сдвинул в сторону жаркую, высоко заплетённую косу. В степном клане кседуши многие переняли у него удобный в бою вариант причёски. В той, другой жизни, Кайра любила заплетать его смолистые волосы со шнурами из своего дорогого пояса. Тогда в столице среди знати было модно носить длинные волосы, перехваченные в хвост дорогой заколкой.

Анран тоже носил такие, но по одной за каждый год, проведённой на королевской службе. А Кайра смеялась, что к старости у неё и забот других не станет, кроме как украшать голову любимого мужа бессчётным количеством косичек. Она была из дворянского рода, и обладала удивительно лёгким характером для девушки из высшего общества. Многие аристократы после свадьбы заводили себе любовниц, уставая от занудства некрасивых жён.

Но это был не тот случай. Кайра оказалась хорошей хозяйкой, умеющей приготовить ужин, обсудить любые дела и прекрасно справляющейся с прислугой. Под её руками Анран просто млел, и готов был вытерпеть что угодно, – хоть бантики! – лишь бы она снова расчёсывала его волосы, усыпляя и расслабляя. Эти кожаные нити из её пояса и сейчас были там, как память.

Маленькая синеглазая женщина всегда была рядом. Когда он приходил со смены в столичном дозоре, она встречала его с ребёнком на руках.

Анранар снова вспомнил, как стоял на коленях в бессилии над окровавленными телами жены и дочери. Они просто не успели ничего сделать, всё случилось слишком быстро. Имперские воины грудью встали на оборону столицы и отчаянно сражались до конца, надеясь на верных союзников из клана рыжих псов.