Заразительный смех безумца

Артему хотелось пустить все на самотек, но он прекрасно знал Иртышеву, если не вмешаться сейчас, пока она не прокашлялась и не ответила на выпад парня, женщина устроит грандиозный скандал, поэтому художник решил разрядить обстановку, заметив:

– А вы неплохо ладите! Так увлеклись друг другом, что позабыть успели о том, для чего мы здесь собрались. Мне не терпится сохранить возникшее между вами напряжение на холсте.

***

Артем бегло объяснил натурщикам, что делать. Диана и Егор забрались на кровать и встали на колени.

Женщина прильнула к груди парня, он запустил левую руку в волосы Иртышевой и аккуратно потянул их, заставив Диану отклонить голову назад.

Художника интересовало самочувствие Егора:

– Ты сможешь простоять в этой позе несколько часов?

– Постараюсь, – ответил парень неуверенно.

Женщина охотно позировала, изящно выгибала спину, не жаловалась на то, что мышцы сводит, не просила прерваться. В этот момент Егор, для которого часовое бездействие было в новинку, завидовал выдержке Дианы.

Женщина заметила, как натягивается ткань джинсов парня, и попыталась смутить натурщика:

– Это комплимент?

Но тот охладил ее пыл:

– Нет, это физиология. Не принимай на свой счет!

Прошло часа полтора, Артем ссутулился и выронил кисть. Его кожа покрылась испариной, он отстранился от мольберта и присмотрелся к натурщику: «Еще чуть-чуть и мальчишка отключится».

Веки Егора затрепетали, перед глазами появились темные пятна. Парень пошатнулся и по инерции оперся на правую руку, острая боль привела его в чувство, он выпрямился и задышал тяжело.

Это не на шутку испугало Диану, она бросила встревоженный взгляд на Артема, тот спокойно произнес:

– Сделаем перерыв.

«Его морозит», – художник вышел из студии.

Голова шла кругом, поэтому Егор лег на спину. Диана сидела рядом и молчала. Вернулся Артем, он принес толстовку парня и укрыл его.

– Спасибо… – пробормотал Егор, а потом он перестал что-либо понимать.

***

Волны холодной энергии затронули Егора, воздух стал плотным и удушающим, парень дернулся и пришел в себя, сердце отчаянно колотилось в груди, пульсация в правой руке усилилась.

Егор приподнялся на левом локте и осмотрелся: «Здесь нет окон. Откуда сквозняк?»

Художник сидел на стуле рядом с кроватью, наблюдал за натурщиком и размышлял, окончательного решения он так и не принял. В серых глазах Артема больше не было и намека на доброжелательность, художник перестал скрывать враждебный настрой.