Грани уязвимости

Впервые, за долгое время я по-настоящему рада и улыбаюсь.

Мы заезжаем в Нью-Хейвен и я сразу же обращаю внимание на красоту зданий. Я была здесь на днях открытых дверей, на приеме посвященном выдающимся выпускникам, на собеседованиях перед поступлением, но я каждый раз восхищаюсь архитектурой этого города. Такое количество старинных зданий навевают романтические настроения. Я уже мечтаю прогуляться по этим улицам, с осознанием того, что я теперь часть этого города, на ближайшие четыре года. Алекс говорит что именно это выдает во мне настоящего ценителя искусства.

Первые два года студентам обязательно жить в общежитии, поэтому о съеме отдельного жилья не может быть и речи, зато потом я бы сняла квартиру в каком-нибудь красивом месте, пусть даже на окраине города, главное жить здесь.

Наконец-то мы подъезжаем к общежитию, счастливая Макс выбегает из машины, забирает документы и идет узнавать, номер комнаты.

Я выхожу из машины и осматриваюсь. Вокруг множество машин, студенты носят коробки, некоторые счастливо идут в сторону входа, другие плачут, прощаясь с родителями, видимо первокурсники, как и мы.

Рядом паркуется красная спортивная машина. Солнце отражается на ее капоте и заставляет задержать взгляд. Мне всегда нравился Челленджер Додж, но так близко я увидела его впервые. Почему то в Хэмптонсе нет таких машин. Как ни странно. В основном у всех автомобили бизнес класса.

Из нее выходят два парня, водитель немного выше, мужественнее, со светло-русыми волосами, выгоревшими на солнце, в спортивном бомпере и джинсах.

– Карт, я пойду в комнату. До встречи. – Говорит пассажир.

Думаю, они братья, в глаза бросается семейное сходство, но второй младше, более щуплый и в брюках и рубашке. Я засматриваюсь на братьев, хотя совсем не хочу этого, когда Макс вырывает меня из мыслей.

– У нас проблема! – Подбегает она, выглядя чернее тучи. – Они поселили нас в разных комнатах, сделать ничего нельзя. По крайней мере, сегодня. Поэтому мы больше не соседки.

– Твою ж мать. – Ругаюсь я. Ужасная новость. Мне придется жить с посторонним человеком, к этому я совершенно не готова. Голова начинает кружится, но я стараюсь взять себя в руки и смириться с происходящим.

Выбора нет, я достаю чемодан и коробки, прикидывая, как донести их до комнаты.