Больше, чем я просила

Интересно, а на кого он был похож? Тата почувствовала растущее любопытство к этой семье.

***

Когда Тата и её родители вошли в дом, и стали подниматься по лестнице, они по очереди стали удивляться, как изменился подъезд, по которому они раньше много раз ходили: стены перекрасили в тёмно-синий цвет, а старые и разбитые окна между этажами заменили на пластиковые, почтовые ящики обновили, а сломанные перила на третьем этаже наконец-то подчинили. Подъезд не отличался шиком, но всё было настолько аккуратно и чисто, как будто каждый, кто жил здесь, старался лично следить за порядком, как у себя в квартире.

Оказавшись на четвёртом этаже, Тата заметила, что двери их бывшей квартиры и квартиры рядом были приоткрыты.

– Наверное, они пригласили соседей, чтобы познакомиться, – предположила Светлана.

– Да, и, видимо, по ошибке пригласили и бывших соседей, – съехидничал Владимир.

На его колкость не обратили внимания ни Тата, ни Светлана. Тата предполагала, что Владимир до сих пор держал обиду на Артёма, хотя и не признавался в этом.

А потом события стали развиваться стремительно. Стоило Светлане нажать кнопку звонка квартиры Артёма как, словно по мановению волшебной палочки, из двух соседних квартир одновременно вышли жильцы.

Из когда-то принадлежавшей им квартиры вышла молодая семья, очевидно муж с женой и маленьким сыном, на вид которому было около семи лет. Совершенно точно, что в этой семье ожидалось прибавление: у женщины был заметен округлившийся живот. Она постоянно убирала за ухо свои реденькие русые волосы и открыто улыбалась окружающим, поглядывая на черноусого мужа, лицо которого почти не менялось: казалось, что перед выходом он встал у зеркала, зафиксировал вежливое выражение и отправился в гости.

У мальчика в руках был торт, политый аппетитным тёмно-бордовым, скорее всего, вишнёвым, джемом. Он держал его как солдат на посту, ответственно исполнявший своё задание. Тате показалось, что он копировал своего папу.

Из соседней квартиры вышла пожилая пара. Тата сразу их узнала.

Это были Антонина Егоровна и Иван Михайлович. Они жили в этой квартире много лет. На Иване Михайловиче были те же круглые очки в бледно-сиреневой оправе, над которыми Таты в детстве всегда хохотала. Из-за цвета они казались ей неподходящими для мужчины. Сейчас Иван Михайлович стоял, немного сгорбившись, и держал в руках большую тарелку, наполненную ярко-оранжевыми мандаринами.

Антонина Егоровна была такой же статной бабушкой с седой толстой косой.