Ведьмин амулет

Дарья молчала, боясь все испортить своим ответом. Она дрожала от страха, но старалась не показать старухе своей трусости.

«Потому что ты не за себя пришла просить. Всех ведет в мое логово себялюбие. А тебя привела чужая беда. И еще огонь в груди, который люди зовут любовью… Так что пошли в избу, темнает уже.»

Дарья вздохнула с облегчением, камень свалился с ее души. Она без слов последовала за старухой. Та зажгла в крохотной избушке лучину и присела на лавку, которую, судя по наложенному в углу тряпью, использовала, как постель.

«И что ты хочешь от меня?» – буркнула старуха после того, как Дарья замолчала.

«Хочу, чтобы вы Анисью к жизни вернули. Не могу смотреть, как она разума лишается и сохнет, словно сломанное деревце. Хочу, чтобы вы Якова от нее отвадили. Это он всему виной, " – у Дарьи задрожал голос, а на глаза выступили слезы.

«С мужиком не смогу пособить. Я с мертвяками не связываюсь, хлопотно с ними.»

«Как это с мертвяками? Он не мертвый, он живой, бабушка. Он ходит, говорит, как мы с тобой…» – начала было возражать Дарья.

«Думаешь, твоя подруга сошла бы с ума от живого человека?» – резкий и громкий смех старухи, больше похожий на надсадный кашель, заставил Дарью вздрогнуть и покрыться холодной испариной.

Некоторое время ведьма молчала, перебирая в руке пучок сухой травы, который сняла со стены.

«На вот, возьми… – после долгого молчания произнесла вдруг старуха, – На могиле его деревянный крестик поставишь, а под ним – полынь эту закопаешь. На круглую луну делай, только тогда поможет! Но помни, девка, долго моя полынь его в могиле не удержит. Если хочешь подругу живой видеть, увози ее из той деревни в тот же день.

«А с ребенком что будет, бабушка?» – спросила Дарья, едва живая от всего того, что узнала сейчас.

«Яковом его пусть назовет. Тогда мертвяк успокоится в своей могиле и не будет больше девок молодых губить… – ведьма задумалась, вспоминая, – Давно это было… Жена у него с сыном померли от болезни, вот он с горя и утопился в озере. А покоя не нашел.