Слеза Василиска

Смерть, якобы, наступила, несколько часов назад, причина смерти не установлена, но это точно не обморожение. Так “на глаз” заключил Петрович, мельком взглянув на тело, лежащее на секционном столе.

– Ты даже толком не взглянул на неё! Может, её убили? Скорее всего, так и есть! – возмутился я.

– Это почему ж не взглянул! Да я все цвета ее татуировки рассмотрел! Видал, какой у нее дракон на пузе? Не простая видать, девчонка.

– С чего ты взял? – насупившись спросил я.

Старый патологоанатом усмехнулся, его впалые щеки, покрытые жесткой, трехдневной щетиной, затряслись.

– Простые девчонки такие художества на себе не носят. Тут сразу видно, что в этой рыжеволосой головке было много ненужных мыслей.

Я кивнул, соглашаясь с ним и посмотрел на плоский живот Жанны. Дракон на бледной коже, завитки на лобке, округлые бедра… Мне вдруг стало неприятно, что ее обнаженное тело рассматривает старый алкаш Петрович, пусть он и врач. Но я ничего не сказал ему о том, что мы с Жанной были знакомы.

Мне не хотелось, чтобы кто-то здесь об этом знал. Невыносимо будет работать, если все мне начнут выражать сочувствие. Я лучше в одиночестве свою боль выстрадаю, чем делить ее с кем-то.

– Следов насильственной смерти нет, это и невооружённым глазом видно, – развёл руками старик, – Все остальное потом. Извиняй, Антоша, моя смена закончилась несколько часов назад. Тебе просто повезло, что мы с Андреем Михайловичем засиделись в его кабинете.

Так сказать, поздравили друг друга с наступающим. В нашей жизни новых годов будет – раз, два и обчелся, Антоша, мы уже старики… Вот только как вы тут, молодежь, без нас потом будете справляться?

Я нервно пожал плечами. Петрович грустно вздохнул, оперся обеими руками о стол, на котором лежало тело Жанны. Но увидев мой беспокойный взгляд, старик выпрямился и улыбнулся.

– Да не дергайся ты! Вскроем, не переживай! Но точно не завтра, – проговорил Петрович, глядя на меня пьяными глазками, – так что, оставляй эту красавицу, как есть, в следующем году.

Не убежит же она из холодильника! Тем более, никто ее не ищет.

– Как же её оставлять? Долго ведь ждать-то, – растерянно промямлил я, – может быть и ищут ее, тебе почем знать?

Петрович со всей силы хлопнул меня по плечу.

– Эх, Антошка, любишь ты позанудствовать! Хороший ты парень, но уж больно ответственный! Не накаляй обстановку перед праздником.