Река Мира

А потом в столовой вдруг заиграла по радио ее песня. Серега взмахнул рукой и воскликнул:

– Обожаю эту певицу, а ты? Говорят, она пишет все песни сама. Я понял, кого ты мне напоминаешь! Ее! Черт возьми, вы действительно чем-то похожи, только она не такая помятая, как ты, – Серега захохотал, а потом добавил уже вполне серьезно, – Кстати, тебе раньше никто об этом не говорил?

"Мы не выбираем свои дороги, это дороги выбирают нас…" – неслось из динамиков.

И Мира не выдержала, вскочила со своего места и, оставив свой завтрак практически нетронутым, выбежала на улицу.

***

Серега привел Миру на высокий холм, с которого открывался шикарный вид на низину. Внизу текла, извиваясь бесконечной змеей, узкая речка. Место было поистине красивым. Серега сел на берег, а Мира дошла до самой воды и потрогала ее рукой.

Здесь стоял особый запах – природный, влажный, тягучий, ни с чем не сравнимый. Мира редко в последние годы бывала на природе, несмотря на то, что она вдохновляла ее. Слишком напряженным был рабочий график.

– Серега, почему твой отец живет, как бомж?

Она резко обернулась и увидела, что лицо мужчины стало грустным. Не всегда ему удается быть беззаботным весельчаком. Жизнь с ее тяготами берет свое.

– Это его выбор. Как я не пытался, переубедить его невозможно… – Серега закурил, и Мира тоже достала из кармана пачку сигарет, – несколько лет назад он вдруг объявил нам с братом, что хочет свободы и ушел жить на улицу. Сначала мы подумали, что он сошел с ума, пытались его лечить, но каждый раз он сбегал из больницы.

Нам, в конце концов, все это надоело, и мы оставили его в покое.

– Прости за бестактность. Но тебе не стыдно за него? – спросила Мира.

– Нет. Просто я волнуюсь за него, мне кажется, он достоин лучшей жизни. Но он считает по-другому, говорит, что, наконец-то, чувствует себя свободным человеком. И мне приходится с этим мириться.

– Странное понятие свободы, – задумчиво сказала Мира.

– У всех своя свобода. Я, к примеру, чувствую себя свободным каждый раз, когда сажусь за руль.

Как будто крылья за спиной вырастают. Я без дороги долго не могу, начинаю сходить с ума, метаться по квартире, как попугай по клетке, – он помолчал, потом добавил, – моя свобода – нестись на фуре вперед по трассе, отцова свобода – бродить по улицам и спать, где придется… Мы разные. Вот твоя свобода в чем?

– Я… Я не знаю, – Мира вдруг с ужасом поняла, что не помнит, когда в последний раз она чувствовала себя по-настоящему свободной.